NesuPDCST

Лобовое стекло облеплено кленовыми листьями же́лтыми, слежу за сползающими по нему струйками дождя и вспоминаю детскую тоску. Не бывает детства без тоски. Тоски по чему? Да не по чему. Это обычная космическая тоска. Но даже эта тоска в моем детстве вспоминается мне, как сладость пустоты, которую в детстве ощущаешь полнее, глубже.

Рассказываю историю из детства. О тоскливом лете, за которое я благодарен.

Наткнулся на такой заголовок: 'Я разрешаю себе прожить плохую жизнь'. Стал думать.

Каково же это, когда заведомо позволяешь себе проиграть? Ну или просто — не выиграть. Каково ж это, когда избавляешь себя от бремени стремления к 'образцовости' победителя? Кажется, это облегчение. Но это ни в коем случае не отказ от борьбы.

И вот только сейчас вдруг всплыла в памяти строчка:

Улыбается оскалом безумца Луна,

Она знает, что здесь победит тишина..

Слушать 'Глушь' 🎧

'Всюду сильно пахнет яблоками, тут — особенно'. Нравится мне этот кусок у Бунина именно запахами. Еще цветами и звуками, конечно. Желание освежить в памяти 'Антоновские яблоки' возникло, когда увидел вчера цвета листьев черноплодной рябины — красный, розовый и даже свекольный на фоне голубого неба. Бабье лето, так-то.

Е́мко об 'Узорном покрове' Сомерсета Моэма — книге, которая весь '26 год питала меня насыщенными строчками. Открытием стало мастерство Моэма передавать женские переживания и то, как под влиянием обстоятельств меняются взгляды героини, её оценивание себя, как легкомысленное высокомерие сменяется...

Не скажу, чем сменяется.

🎞️ Киновпечатление. Фильм 'Древо жизни' (2011) Терренса Малика требует экрана побольше — много природы. Природа человеческого бытия тоже вплетена — семья, родительство, отеческий деспотизм, под которым кроется суровая мужская любовь — в центре картины. Не попкорновое кинцо, есть нить о боге, неисповедимости его деяний, уязвимости всех перед ним и надежде быть им спасенным..

☦️ вот это я дал...

Об этом подкаст-канале выпуск. С какой целью он запускался, что побудило меня говорить в микрофон и публиковать мысли. Откуда вообще у людей потребность рассказывать? Что мне лично нравится в рассказчике. Критикую свойство обобщать.

Без саморекламы не обойтись. Универсальной философии нет, есть лишь твой или мой опыт и обмен.

Панк — не про моду. Это про Пашу. Он водил троллейбус, учил биологии и отлетел от передоза. Exploited в наушниках, дестрой в голове. Слушай.

утро время когда мы особенно остро чувствуем течение жизни и иногда это ощущение оборачивается тихой безысходностью в этом выпуске мы не ищем выхода и не предлагаем решений мы просто позволяем себе побыть в этом состоянии вместе с александром блоком его ночью улицей фонарём и неизбежным круговоротом сансары

разговор о том что борьба с тоской часто оказывается иллюзией а попытки заглушить её лишь новая петля в том же колесе но в самом принятии этой тщетности возможно кроется неожиданная свобода

это nesupdcst без советов без рецептов просто взгляд на вещи которые всегда с нами

Тягостное впечатление от Бородинского поля. В Бородино в августе 1812 года, за первые пятнадцать часов сражения русских с французами, погибло около 75 000 человек. Это самая кровопролитная битва по числу жертв за такой короткий промежуток времени.

В выпуске рассказываю о том, как ощущается, когда ходишь по тропинкам Бородинского поля от памятника к памятнику, как воображение рисует картину побоища в этом месте, где сейчас тишина и покой. 200+ лет — это не так уж и много для истории. Мне то и дело воображались бои с криками, воплями, обоюдными проклятиями, стонами и воем раненых, русский мат вперемешку с французским.

И уже в процессе рассказа о впечатлениях от Бородино вспоминаю ещё одно место скорби — в том же, кстати, направлении, по Минской дороге, — Катынский лес. Там, весной 1940 года, на небольшом клочке земли были расстреляны и зарыты десятки тысяч человек. Кто это сделал и почему — исследуйте сами. Впечатление от пребывания в этом месте тоже очень тягостное. Энергетически.

Редко бываю неравнодушен к историческим местам. Эти два места своей тишиной заставили меня задуматься о многом.