Уже в период раннего Средневековья Китай представлял классическую модель восточной вотчинно-государственной системы в виде гигантского сложноорганизованного бюрократического аппарата во главе с обожествляемым императором, у которого была полная власть над подчиненной ему и его чиновничьему аппарату китайского общества, а также верховной собственности на все земли в государстве, включая и право отнять у любого человеческую жизнь. Собственно это была классическая модель азиатского деспотизма, в которой было полное единство власти и собственности, а бюрократический «класс-государство» (по выражению А. Меликсетову) выступал мощным орудием классового господства в стране.

По словам другого востоковеда и синолога Владимира Малявина, китайская империя «…без остатка растворяла в себе общество: никто из ее подданных не находился в особом отношении к государству.