Человек имеет право

Россия без суда удерживает под стражей сотни украинцев. Иркутское "пыточное дело". Почему пропадают лекарства от ВИЧ-инфекции.

20 лет лишения свободы в колонии особого режима запросил на днях прокурор для оппозиционного политика Алексея Навального. Чем особый режим отличается от строгого или общего. От кого на самом деле зависят условия содержания заключенных и почему российские колонии называют исправительными.

Как правительство РФ ищет выход из демографической ямы. Изменения в закон “О психиатрической помощи”. Госдума и оправдание экстремизма.

ЕСПЧ на днях вынес решение против России по делу об убийстве в 2015 году политика Бориса Немцова. Страсбургские судьи признали расследование неэффективным, в том числе и потому, что власти не рассматривали политический мотив убийства и возможную причастность к нему государственных лиц.

Репрессии за отказ идти на передовую. Минобороны ждет пополнения из колоний. Россия готовится к отключению от глобальной сети.

В Ставропольском крае уже полгода рассматривают жалобы на приговор семи “лидерам ингушского протеста”. После митинга 26 марта 2019 года в Магасе против пересмотра границы с Чечней их обвинили в создании экстремистского сообщества, участии в нем и организации насилия над представителями власти.

Будут ли искать виновных в избиении журналистки Елены Милашиной и адвоката Александра Немова в Чечне ** За что Рамзан Кадыров объявил войну братьям Янгулбаевым и взял в заложницы их мать ** Соратники Алексея Навального возят по Европе макет камеры, в которой держат политика

За восемь лет Генпрокуратура РФ признала нежелательными 92 организации. Они вынужденно прекратили работу в России. В их числе Greenpeace и Всемирный фонд природы, издания Медуза и The Insider, Свободный университет и десятки НКО. За причастность к ним людей штрафуют и приговаривают к реальным срокам

Конституционный суд и дискредитация армии. Дело о мятеже Пригожина. Почему в России привыкли к пыткам.

Конституционный суд России отказался рассматривать жалобу на статью о дискредитации вооружённых сил и фактически подтвердил, что людей наказывают за критику войны в Украине. Как суд обосновал это, почему юристы называют решение “историческим” и считают, что Конституцию перевернули с ног на голову.