Страх перед КГБ уходил, а вера, несмотря на все попытки растления душ — изощренные попытки, которые со времен 1943 года, этой дьявольской идеи Сталина, использовала церковь, — несмотря на все это, вера распространялась и укреплялась. И в конечном счете вера вышла наружу, и мы все думали в конце 80-х годов, что наступает религиозная свобода…

И от меня, и от многих Руслан Кутаев получил самое жесткое осуждение. Но у нас есть правило: мы не должны выносить наши внутренние споры вовне. И заметим, что мне кажется, что Руслан понял. Он понял. И давайте посмотрим эволюцию, если так можно сказать, его высказываний…

40 лет назад – 26 апреля 1986 года – Чернобыльская атомная электростанция в Киевской области получила мировую известность. В тот день произошла крупнейшая о совокупности экологических и социально-политических последствий катастрофа в сфере ядерной безопасности…

Главный урок Ирана оказался в том, что в мире, где вы не можете оккупировать страну противник, вы не можете навязать ему свою волю, то есть выполнить основную стратегическую цель войны. И вот для того, чтобы вернуться к возможности это сделать, для демократической страны в современном мировом климате единственная возможность, которая остается, – это технологический рывок. Это поручить войну роботам…

25 лет назад – 14 апреля 2001 года – произошел захват НТВ. Лучше всего об этих событиях и последствиях, которые понесла за ними страна, могут рассказать их непосредственные участники. К их интервью разных лет мы сегодня и обратимся…

У нас есть, конечно, грандиозное поражение Орбана на выборах в Венгрии, которое, заметим, не привело к тому, что Украина немедленно получает 90-миллиардный кредит, потому что причина неполучения этого кредита была вовсе не в Орбане. Зато президенту Зеленскому выплатили соответствующую компенсацию другими способами…

Как-то очень сильно противоречат слова нынешнего режима его собственным делам. Они всем рассказывают, как весь народ, значит, в единодушном порыве поддерживает специальную военную операцию, национального лидера и так далее. А при этом Надеждина не пустили почему-то, Дунцову не пустили…

Понятно, что речь идет не просто о сакрализации войны той или сакрализации войны нынешней. Но на самом деле сама война, и нынешняя, – это инструмент легитимизации властью самой себя, как мне кажется. То, что произносится российской властью или то, что делается, каким образом это укрепляет представление о собственной легитимности? Если эта война действительно священная, если эта война за существование России и так далее, тогда получается, что человек, который эту войну объявил, это уже, простите, не просто госслужащий, а он уже имеет совершенно другой статус…

В обществе росло ощущение униженности, бессилия перед самодурствующей властью, тупика. Главный аргумент в пользу власти в массовом сознании — «лишь бы не было войны», — начинал звучать издевательски. Власть наложила информационную блокаду на сведения об Афганской войне. Телевидение и газеты сообщали, что советские войска строят в Афганистане школы и больницы. Между тем в Россию стало прибывать все больше и больше похоронок и цинковых гробов…

Обратимся к сохранившемуся в архиве радиостанции «Эхо Москвы» эфиру от мая 2010 года. Депутат партии «Единая Россия» Максим Мищенко как раз использует эту формулировку «геноцид советского народа», как аргумент в дискуссии о роли Сталина во Второй мировой войне. Его оппонент – Валерия Новодворская – не просто спорит о роли Сталина, а ставит под вопрос сам государственный способ разговора о войне, о Победе, о цене этой Победы и о праве власти монополизировать историю…