Формула смысла

РОСТИСЛАВ ИЩЕНКО: То, что сейчас американцы сделали на Украине, даже с точки зрения их национальных интересов, – это полный абсурд. Они уничтожают своего союзника, хотя при вложении примерно тех же средств, которые они вложили в Украину, при разумном вложении, они могли бы сделать из нее если не процветающую, но более-менее стабильную державу, такой антироссийский бастион, который бы гирей у России на ногах висел. Но они ее сознательно уничтожают.

МИХАИЛ ЛЕОНТЬЕВ: С точки зрения глобальной, с 1 апреля (как это не смешно) решается вопрос – кто из нас дурак. Мы впервые за всё время реально вводим контрсанкции. Это ставка больше, чем жизнь. Надо понять, что наше требование оплаты в рублях означает отмену основных санкций, то есть санкций, связанных с валютной диктатурой – доллара и примкнувшего к нему евро. Это требование означает практически принуждение к нарушению собственных санкций.

МИХАИЛ ЛЕОНТЬЕВ: Все санкции, которые Запад предпринял против нас сейчас, – это не бесплатные санкции. Если раньше они делали практически то, что им приятно, то теперь они делают то, что им неприятно, начинают делать то, что им больно (похоже, что уже стадия "невыносимо больно").

ДМИТРИЙ КУЛИКОВ: Шольц говорит, что "мы не будем платить в рублях". Ну, хорошо. Счета не будете открывать? Национализируете "дочки"? Давайте. Дальше у вас будет сценарий: "Что вы будете делать со своим населением?". Они же знают, что они будут делать со своим населением, потому что у них есть опыт реального фашизма. И держать свое население в узде будут с применением всех техник, технологий и схем управления обществом фашистского типа.

ДМИТРИЙ КУЛИКОВ: Может ли Европа отказаться от российского газа? Может. Она должна объявить, что она готова полностью пойти на деиндустриализацию своей экономики, что она готова пойти на полный развал того уровня жизни, которым она гордилась и считала, что европейский социализм – это их достижение. Никакого европейского социализма не будет в условиях отказа от российского газа. И жизнь европейцев изменится радикально.

ДМИТРИЙ ДРОБНИЦКИЙ: За Байденом много оговорок. Конечно, Байден – "великий мастер" импровизации. Иногда как скажет что-то, потом долго раскапывать. Это было еще во времена его кандидатства в вице-президента и вице-президентства. Он тогда много и часто говорил таких вещей, которые позже разбирали. Я несколько раз пересмотрел момент с этой речью. Похоже, что оговоркой это не было. На телесуфлере эти слова были.

ДМИТРИЙ ДРОБНИЦКИЙ: За Байденом много оговорок. Конечно, Байден – "великий мастер" импровизации. Иногда как скажет что-то, потом долго раскапывать. Это было еще во времена его кандидатства в вице-президента и вице-президентства. Он тогда много и часто говорил таких вещей, которые позже разбирали. Я несколько раз пересмотрел момент с этой речью. Похоже, что оговоркой это не было. На телесуфлере эти слова были.

ЕВГЕНИЙ САТАНОВСКИЙ: Польша стремится стать любимым ребенком, приемным ребенком у Соединенных Штатов. Может быть ребята хотели бы стать одним из штатов Соединенных Штатов. Почему нет? Как в Пуэрто-Рико. Вот у тебя президент американский, армия американская, доллар – валюта. Чем это плохо? В конце концов есть много таких стран.

ЕВГЕНИЙ САТАНОВСКИЙ: Польша стремится стать любимым ребенком, приемным ребенком у Соединенных Штатов. Может быть ребята хотели бы стать одним из штатов Соединенных Штатов. Почему нет? Как в Пуэрто-Рико. Вот у тебя президент американский, армия американская, доллар – валюта. Чем это плохо? В конце концов есть много таких стран.

ДМИТРИЙ ЕВСТАФЬЕВ: К сожалению, Европа находится в состоянии персонального политического вакуума. Нет там ни одного политика, там нет политика даже калибра Меркель. Про де Голля я не говорю, но там нет даже Вилли Брандта. Они бегут короткую дистанцию, у них плана "B" нет. Вот у американцев план "B" есть, более того у них есть план "C".