Формула смысла

ДМИТРИЙ КУЛИКОВ: Мы подробно обсудим всю эту историю с нашими проектами договоров, которые, кстати, не без основания мы обозначаем как своего рода ультиматум, потому что есть не только наши предложения, но и требования и указания на то, что будет, если они не пойдут на переговоры, будут их динамить, тянуть, запутывать.

АЛЕКСЕЙ ПУШКОВ: В годы Великой Отечественной войны Советский Союз потерял по разным данным от 13,5 до 18 миллионов мирных граждан. И это результат как жертв среди мирного населения во время боевых действий, так и сознательного уничтожения граждан Советского Союза гитлеровскими захватчиками. Мы можем рассказывать об этом в музеях, в художественных фильмах или такого рода дискуссиях, а можем поставить вопрос на международном уровне о том, чтобы это было признано.

АЛЕКСЕЙ ПУШКОВ: В годы Великой Отечественной войны Советский Союз потерял по разным данным от 13,5 до 18 миллионов мирных граждан. И это результат как жертв среди мирного населения во время боевых действий, так и сознательного уничтожения граждан Советского Союза гитлеровскими захватчиками. Мы можем рассказывать об этом в музеях, в художественных фильмах или такого рода дискуссиях, а можем поставить вопрос на международном уровне о том, чтобы это было признано.

РОСТИСЛАВ ИЩЕНКО: Надо обращаться к истории, чтобы иногда думать о том, а как же будет в результате моих действий. Люди почему-то всегда надеются на лучшее, что самые простые решения принесут самые большие мешки бонусов. На самом деле, простые решения всегда ввергают страну и народ в длительные кризисы, потому что в политике простых решений не бывает.

РОСТИСЛАВ ИЩЕНКО: Надо обращаться к истории, чтобы иногда думать о том, а как же будет в результате моих действий. Люди почему-то всегда надеются на лучшее, что самые простые решения принесут самые большие мешки бонусов. На самом деле, простые решения всегда ввергают страну и народ в длительные кризисы, потому что в политике простых решений не бывает.

МИХАИЛ ЛЕОНТЬЕВ: Мы видим, как сейчас начинается процесс переговоров между Россией и США. У меня есть некоторое ощущение, что американцы сами спровоцировали, то есть они сами разыграли сцену (на Байдена похоже) о "страшной угрозе Украине" (может быть это просто сговор) для того, чтобы начать переговоры.

МИХАИЛ ЛЕОНТЬЕВ: Мы видим, как сейчас начинается процесс переговоров между Россией и США. У меня есть некоторое ощущение, что американцы сами спровоцировали, то есть они сами разыграли сцену (на Байдена похоже) о "страшной угрозе Украине", может быть это просто сговор, для того, чтобы начать переговоры.

ДМИТРИЙ КУЛИКОВ: Вот раздули истерию с нашим вторжением на Украину. Нет более важной задачи, чем предотвратить российское вторжение на Украину. Ну хорошо. Мы не будем обсуждать собирались мы вторгаться или не собирались, мы вообще-то не собирались, но раз вы так убеждены, давайте тогда обсудим подлинные причины возможных наших силовых действий

ДМИТРИЙ КУЛИКОВ: Вот раздули истерию с нашим вторжением на Украину. Нет более важной задачи, чем предотвратить российское вторжение на Украину. Ну хорошо. Мы не будем обсуждать собирались мы вторгаться или не собирались, мы вообще-то не собирались, но раз вы так убеждены, давайте тогда обсудим подлинные причины возможных наших силовых действий.

ТИМОФЕЙ СЕРГЕЙЦЕВ: Мы понимаем, что Запад на самом деле вовсе не объединён. Понятно, что есть такая политическая концепция трансатлантического единства, но она очень сильно обветшала. Ее разрушают внутренние противоречия в самих США, противоречия между США и Европой, которая не хочет быть колонией США и оккупированной территорией, но у нее нет сейчас политических институтов и лидеров, которые могли бы решить задачу освобождения от Соединенных Штатов…