Московские моралисты часто пишут как они меня ненавидят, их с души воротят при мысли что на севере Камчатки живет инвалид просящий деньги на еду в то время как они пашут, так что солнца увидеть не могут. Однако при всей своей загруженности у этих трудяг есть время не только мониторить мои соцсети и писать простыни комментариев с клеветой и проклятьями. 

Специально для тех кто не может пересилить себя и дать милостыню, я начал записывать стихи. Дикция у меня ужасная, микрофон от гарнитуры. Но главное принцип - вы даете не просто так, вы будто уличному музыканту подаете. Вы же не спрашиваете почему он играет за копейки а не идет работать.

Дикцию я не улучшу, а если мне на микрофон дорогой пожертвуют или сам микрофон пришлют, качество записи улучшится.

СБП +79140232760

Юмани кошелек 410012707988992

TRX (TRON) TD2KwNhSpuTApdcoXte16hrd719aAm1Wxz

USDT (Tether USD TRC 20 ) TD2KwNhSpuTApdcoXte16hrd719aAm1Wxz

СБП +79140232760

Юмани кошелек 410012707988992

TRX (TRON) TD2KwNhSpuTApdcoXte16hrd719aAm1Wxz

USDT (Tether USD TRC 20 ) TD2KwNhSpuTApdcoXte16hrd719aAm1Wxz

Сегодня, я вижу, особенно грустен твой взгляд,

И руки особенно тонки, колени обняв.

Послушай: далеко, далеко, на озере Чад

Изысканный бродит жираф.

Ему грациозная стройность и нега дана,

И шкуру его украшает волшебный узор,

С которым равняться осмелится только луна,

Дробясь и качаясь на влаге широких озер.

Вдали он подобен цветным парусам корабля,

И бег его плавен, как радостный птичий полет.

Я знаю, что много чудесного видит земля,

Когда на закате он прячется в мраморный грот.

Я знаю веселые сказки таинственных стран

Про черную деву, про страсть молодого вождя,

Но ты слишком долго вдыхала тяжелый туман,

Ты верить не хочешь во что-нибудь, кроме дождя.

И как я тебе расскажу про тропический сад,

Про стройные пальмы, про запах немыслимых трав…

— Ты плачешь? Послушай… далёко, на озере Чад

Изысканный бродит жираф.

СБП +79140232760

Юмани кошелек 410012707988992

TRX (TRON) TD2KwNhSpuTApdcoXte16hrd719aAm1Wxz

USDT (Tether USD TRC 20 ) TD2KwNhSpuTApdcoXte16hrd719aAm1Wxz

Я прошу, хоть ненадолго,

Боль моя, ты покинь меня.

Облаком, сизым облаком

Ты полети к родному дому,

Отсюда к родному дому.

Берег мой, покажись вдали

Краешком, тонкой линией.

Берег мой, берег ласковый,

Ах, до тебя, родной, доплыть бы,

Доплыть бы хотя б когда-нибудь.

Где-то далеко, где-то далеко

Идут грибные дожди.

Прямо у реки, в маленьком саду

Созрели вишни, наклонясь до земли.

Где-то далеко, в памяти моей,

Сейчас, как в детстве, тепло,

Хоть память укрыта

Такими большими снегами.

Ты, гроза, напои меня,

Допьяна, да не до смерти.

Вот опять, как в последний раз,

Я все гляжу куда-то в небо,

Как будто ищу ответа...

Подробнее на Кино-Театр.РУ https://www.kino-teatr.ru/kino/movie/sov/6348/song/

СБП +79140232760

Юмани кошелек 410012707988992

TRX (TRON) TD2KwNhSpuTApdcoXte16hrd719aAm1Wxz

USDT (Tether USD TRC 20 ) TD2KwNhSpuTApdcoXte16hrd719aAm1Wxz

Я убит подо Ржевом,

В безыменном болоте,

В пятой роте, на левом,

При жестоком налете

Я не слышал разрыва,

Я не видел той вспышки, —

Точно в пропасть с обрыва —

И ни дна ни покрышки.

И во всем этом мире,

До конца его дней,

Ни петлички, ни лычки

С гимнастерки моей.

Я — где корни слепые

Ищут корма во тьме;

Я — где с облачком пыли

Ходит рожь на холме;

Я — где крик петушиный

На заре по росе;

Я — где ваши машины

Воздух рвут на шоссе;

Где травинку к травинке

Речка травы прядет, —

Там, куда на поминки

Даже мать не придет.

Летом горького года

Я убит. Для меня —

Ни известий, ни сводок

После этого дня.

Подсчитайте, живые,

Сколько сроку назад

Был на фронте впервые

Назван вдруг Сталинград.

Фронт горел, не стихая,

Как на теле рубец.

Я убит и не знаю,

Наш ли Ржев наконец?

Удержались ли наши

Там, на Среднем Дону?..

Этот месяц был страшен,

Было все на кону.

Неужели до осени

Был за ним уже Дон

И хотя бы колесами

К Волге вырвался он?

Нет, неправда. Задачи

Той не выиграл враг!

Нет же, нет! А иначе

Даже мертвому — как?

И у мертвых, безгласных,

Есть отрада одна:

Мы за родину пали,

Но она — спасена.

Наши очи померкли,

Пламень сердца погас,

На земле на поверке

Выкликают не нас.

Мы — что кочка, что камень,

Даже глуше, темней.

Наша вечная память —

Кто завидует ей?

Нашим прахом по праву

Овладел чернозем.

Наша вечная слава —

Невеселый резон.

Нам свои боевые

Не носить ордена.

Вам — все это, живые.

Нам — отрада одна:

Что недаром боролись

Мы за родину-мать.

Пусть не слышен наш голос, —

Вы должны его знать.

Вы должны были, братья,

Устоять, как стена,

Ибо мертвых проклятье —

Эта кара страшна.

Это грозное право

Нам навеки дано, —

И за нами оно —

Это горькое право.

Летом, в сорок втором,

Я зарыт без могилы.

Всем, что было потом,

Смерть меня обделила.

Всем, что, может, давно

Вам привычно и ясно,

Но да будет оно

С нашей верой согласно.

Братья, может быть, вы

И не Дон потеряли,

И в тылу у Москвы

За нее умирали.

И в заволжской дали

Спешно рыли окопы,

И с боями дошли

До предела Европы.

Нам достаточно знать,

Что была, несомненно,

Та последняя пядь

На дороге военной.

Та последняя пядь,

Что уж если оставить,

То шагнувшую вспять

Ногу некуда ставить.

Та черта глубины,

За которой вставало

Из-за вашей спины

Пламя кузниц Урала.

И врага обратили

Вы на запад, назад.

Может быть, побратимы,

И Смоленск уже взят?

И врага вы громите

На ином рубеже,

Может быть, вы к границе

Подступили уже!

Может быть… Да исполнится

Слово клятвы святой! —

Ведь Берлин, если помните,

Назван был под Москвой.

Братья, ныне поправшие

Крепость вражьей земли,

Если б мертвые, павшие

Хоть бы плакать могли!

Если б залпы победные

Нас, немых и глухих,

Нас, что вечности преданы,

Воскрешали на миг, —

О, товарищи верные,

Лишь тогда б на войне

Если захотите поддержать чтеца

Юмани кошелек 410012707988992

TRX (TRON) TD2KwNhSpuTApdcoXte16hrd719aAm1Wxz

USDT (Tether USD TRC 20 ) TD2KwNhSpuTApdcoXte16hrd719aAm1Wxz

Когда тебе придется туго,

Найдешь и сто рублей и друга.

Себя найти куда трудней,

Чем друга или сто рублей.

Ты вывернешься наизнанку,

Себя обшаришь спозаранку,

В одно смешаешь явь и сны,

Увидишь мир со стороны.

И все и всех найдешь в порядке.

А ты — как ряженый на святки —

Играешь в прятки сам с собой,

С твоим искусством и судьбой.

В чужом костюме ходит Гамлет

И кое-что про что-то мямлит,-

Он хочет Моиси играть,

А не врагов отца карать.

Из миллиона вероятий

Тебе одно придется кстати,

Но не дается, как назло

Твое заветное число.

Загородил полнеба гений,

Не по тебе его ступени,

Но даже под его стопой

Ты должен стать самим собой.

Найдешь и у пророка слово,

Но слово лучше у немого,

И ярче краска у слепца,

Когда отыскан угол зренья

И ты при вспышки озаренья

Собой угадан до конца.

Когда мой голос — только отклики — твой слух едва ли разберёт.

Мне кажется, твой взгляд — невидящий, уже отмерил расстояние,

И кажется, что поцелуями моими твой заполнен рот.

Как всё вокруг тебя заполнила моя душа в своей незримости,

И ты сама идёшь, укутана, моей невидимой душой,

Ты словно бабочка парящая вокруг души моей поблизости,

И это слово «меланхолия» так схоже для меня — с тобой.

Мне нравится твоё молчание, как подтвержденье отстраненности,

Ты словно бабочка, что в жалобе крылами тихо шелестит,

Я не касаюсь тебя голосом, звучащим эхом в отдаленности,

Позволь — теперь моё безмолвие с твоим безмолвьем помолчит.

Позволь теперь поговорить с тобой, поговорить с твоим беззвучием,

Светящимся в тени лампадою, простым, как тонкое кольцо.

Ты словно ночь, такая тихая, и словно с тишиной созвучная,

Твоё молчанье — небо звездное, в своём свечении простом.

Мне нравится твоё молчание, твоё немое отстранение,

Болезненное отчуждение, как будто бы ты умерла.

Одной улыбки мне достаточно, и пары слов произнесения,

О, сколько же во мне той радости — что всё лишь выдумка моя.