ДОВИД КАРПОВ: "Ханукальные свечи – они не являются освещением, они являются напоминанием. Когда-то это было довольно актуально – например, в Древней Иудее, потому что в ночное время делать было практически нечего. Электричества не было, фонарей не было, и жизнь замирала. И мудрецы постановили, что зажигают ханукальные свечи, пока есть последние прохожие на улице. А кто эти последние прохожие? Там был народ со своеобразным названием "тормудои". Это были бандиты".

АВЕТИСОВ: "Для того, чтобы воспринять нормально информацию, нужна определенная концентрация. А ты уже привык просто фоном это пропускать. И когда тебе в руки попадает нечто, что требует хотя бы каких-то усилий для того, чтобы понять, что там есть, ты откладываешь это в сторону, до лучших времен, когда будешь чувствовать себя лучше или будешь свободнее".

Единый госэкзамен.

САТАНОВСКИЙ: "Украине не поможет мобилизация хоть с агрессией, хоть без агрессии, потому что страна закапывает себя самостоятельно, надо сказать, очень успешно собственными руками".

ХОДАРЕНОК: "страны Балтии сработали исключительно на подрыв уже сложившейся системы стабильности, устоявшихся договоренностей между Европейским союзом и Россией. И вот националистические элиты прибалтийских стран продолжают умело использовать образ России в качестве врага, что отнюдь не улучшает безопасность в регионе".

САТАНОВСКИЙ: "У нас если богач, то там с миллиардами все хорошо, здравствуй, список "Форбс". А если нет денег, то хоть ты инженер, хоть ты врач, что, кстати, на Западе совершенно невозможно…"

ВЛАДИМИР СЫВОРОТКИН: "Гольфстрим – это пассатное течение. Пассаты – это ветры, дующие в приэкваториальных широтах, отклоняющиеся за счет силы Кориолиса".

Гость: вице-президент Федерации рестораторов и отельеров России Владимир Баканов.

САТАНОВСКИЙ: "А зачем краской-то облили памятник Канту? Это есть кощунство! Памятники поганить нельзя, это безобразие! Можно, конечно, это считать нарушением прав верующих, а можно и не считать, но вообще, это подлость – с мертвыми разбираться".

САТАНОВСКИЙ: "Ну, так уж получилось, что семья с Украины, кто не знает – и у меня, и у жены, причем жена сама с Украины, а теперь, получается, это – чужая и еще и враждебная страна! Ничего не осталось, кроме могил на кладбище".