Парафраз

Вопросы семинара:

Введение QR-кодов - этап введения "новой нормальности" и ключевой фактор подчинения социума.

Кодирование как элемент "слома" механизмов функционирования существующего мирового порядка. Отказ от действующих глобальных и национальных правовых систем и механизмов. Уничтожение понятия прав человека.

Цивилизационные особенности стран и макрорегионов, в которых проводится переход к "новой нормальности". Специфика западной модели перехода и модели Китая.

Особенности российской цивилизационной модели в свете попыток перехода к цифровому фашизму. Несовместимость этой модели с реализуемым сценарием перехода. Россия как "слабое звено" в процессе перехода к "новой нормальности".

Проект перехода к "новой нормальности", реализуемый ВОЗ на территории России при участии Кремля, управление этим проектом. Фатальные просчеты проектировщиков.

Базовое противоречие в российской модели перехода, ее принципиальная нереализуемость в российских условиях по предложенному сценарию перехода. Критическая черта, за которой сценарий утрачивает управляемость.

Возможный крах проекта перехода к "новой нормальности" в России. ВОзникновение шанса на выход из него. Возникающие перспективы в случае выхода из проекта "новой нормальности". Критические проблемы для будущего "постпутинского" режима.

Хаотизация спускается по иерархии всё ниже. Теперь и Бауманка ввела собственный цифровой кодификатор BaumanID, обязательный для каждого студента и сотрудника. На цифровой пропуск вуза собирается информация, составляющая в том числе и медицинскую тайну — данные о вакцинации в первую очередь.

Без всех соответствующих допусков (куда входит обязательная вакцинация и получение «общегражданского» QR-кода) студенты могут быть не допущены к сессии, проводимой только в очном формате.

Говорить о законе здесь, понятно, не приходится. Закон один: законов больше нет, здоровье — это болезнь, здоровый гражданин — враг государства. Здесь любопытно, что теперь даже не орган власти вводит свое собственное цифровое кодирование. Эдак скоро вакханалия выпуска цифровых идентификаторов, обязательных для предъявления, дойдет и до магазинов, кинотеатров, общественных уборных.

Может быть, это даже неплохо: когда абсурд начинает пожирать сам себя степенью своей невменяемости, это верный признак того, что долго этот кошмар продлиться не сможет. Любопытно и то, что власть уже не успевает реагировать на такое хаотизирующее творчество на местах.

В России повсеместно проходят протестные выступления против политики апартеида и сегрегации, против введения QR-кодов. Протесты крайне малочисленные, совершенно неорганизованные, но не стоит забывать, что в России установлена почти полноценная фашистская диктатура латиноамериканского типа, поэтому сам по себе выход людей на незаконные с точки зрения режима акции — это уже событие.

При этом даже откровенно провластные политологи предупреждают, что несогласных с введением кодов заведомо больше половины населения, хотя в реальности по неофициальным опросам их число достигает 80-90 процентов.

В таких условиях вводить сегрегационные нормы можно, но до определенного предела и на не слишком продолжительный срок. Теперь вопрос касается уже не абстрактных политических лозунгов, а непосредственной жизни людей.

Как долго сохранится неустойчивое равновесие, сказать сложно, но рано или поздно, оно качнется в какую-то сторону. Власть может задавить протесты и попытаться силой навязать систему апартеида. Но хватит ли у нее ресурса удерживать долго ее при таком неприятии — вопрос почти риторический.

В Геленжике, Анапе и по всему черноморскому побережью власти тихой сапой пытаются провести кардинальные изменения генеральных планов застройки, в которых меняется статус земель. Речь идет о подготовке к возможной масштабной реновации, в ходе которой людей будут сгонять с принадлежащей им земли, выплачивая мизерные компенсации.

Повторяется история с московской реновацией, когда точно так же выгоняли людей с лакомых земельных участков, которые затем передавались застройщикам под новое строительство. На кону стоят огромные деньги, поэтому права людей попираются самым циничным образом.

Механизм будущего изъятия предельно прост — люди внезапно обнаруживают обременения своих земельных участков по новым редакциям статей Земельного кодекса. Изменения статуса земельного участка позволят в любой момент согнать их со своей земли. Примерно так Собянин проигнорировал законные свидетельства о праве собственности, устроив в Москве «ночь длинных ковшей».

В России нет ни одного права человека, которое не может быть нарушено правящим режимом. Право собственности, право на здоровье, право на добровольное согласие с медицинским вмешательством, даже право на жизнь — все это ничего не стоит. Равно как и не защищено.

Правительство России направило в Государственную думу законопроекты об использовании QR-кодов в общественных местах и на некоторых видах транспорта. Смысл закона очевиден: создать систему апартеида, разделения людей на лояльных, которые подтверждают свою лояльность безусловным исполнением любых решений власти, включая и те, которые наносят прямой ущерб самим лояльным, и на всех остальных.

Однако нужно понимать, что деление людей — это инструмент. Цель остается прежней: полный демонтаж среднего класса по всей планете, создание социального устройства общества, состоящего из двух сословий: правящего, обладающего всеми правами и полностью бесправного подчиненного сословия.

Ликвидация среднего класса происходит через его обнищание, лишение собственности, перевод в тотальную зависимость от системы распределения ресурсов в обмен на лояльность. QR-коды — это поводок, которым будут держать население и управлять им на системном уровне.

Трансформация социума и переход к новой нормальности приближается к критической точке. По всей видимости, первая половина 22 года станет переломной в этом отношении.

Ситуация на белорусско-польской границе опасно обострилась. Мало того, она может перекинуться на литовскую и украинскую границы Белоруссии. Мигранты, прибывающие в немалых количествах в основном из Ирака, пытаются прорваться в Европу.

Происходящее может в любой момент перейти в пограничные столкновения, хотя пока и Польша, и Белоруссия пытаются минимизировать подобный сюжет. Само по себе число мигрантов невелико — но здесь возникает принципиальный вопрос, так как Польша подозревает, что миграционный кризис спроектирован в Минске, а возможно, и в Москве.

Поэтому пока поляки пытаются просто закрыть границу, а белорусские военные, напротив, не дают иракцам от границы отойти, перекрывая им путь назад. Обстановка продолжает обостряться, и какого-то внятного выхода из нее нет.

В Москве и Санкт-Петербурге отчитываются о снижении числа заболевших. Снижение достаточно быстрое и резкое. С 6800 до 5000 в Москве и с 3000 до 2500 в Петербурге. Не буду в очередной раз упоминать, что эти значения вообще никак не вписываются в понятие «инфекционной вспышки». Десятые доли процента от общей численности населения за неделю — ну несерьезно это, вот хоть как.

Хитрость в том, что к «нерабочим дням» эта арифметика никакого отношения не имеет: при заявленном инкубационном периоде в две недели падение заболеваемости через неделю после начала ограничений означает лишь то, что снижение происходит по «естественным» причинам.

Но главную задачу власти все-таки успели решить: теперь QR-коды - это навсегда. «Квази-эпидемия» была только поводом, чтобы ввести их повсеместно. Задача решена — теперь можно и рапортовать об успехах и переходить к будничному текущему террору.

Праздник 4 ноября — один из наиболее странных в новом пандемониуме. День народного единства вокруг непонятно чего — это солидаризм в чистом виде, предтеча классического фашизма. И если раньше эта перспектива была гипотетической, то сегодня Россия стремительно превращается именно в фашистское государство со всей его атрибутикой.

Парадокс в том, что если государство фашизируется, то народ относится к ритуалам фашизма, включая и ритуальное единение палачей и жертв со всё большей прохладой. И это не может не радовать.

Сам по себе праздник единства в стране, которая прямо сейчас выстраивает систему цифрового апартеида, выглядит оксюмороном. Неудивительно, что как праздник, эта дата практически перестала восприниматься.

Севастополь после трех дней свернул блок-посты вокруг города, на которых шла проверка QR-кодов у въезжающих. Официальная трактовка - «наплыв туристов резко снизился», а потому мера свою роль сыграла. В реальности возникла очевидная проблема: административный ресурс слишком слаб, чтобы обеспечить полный карантин города.

Распад управления — явление в России буквально повсеместное. На всех уровнях и на всех территориях. Разница лишь в темпах. Поэтому свирепые меры озвучиваются, но исполнить их власть попросту не в состоянии.

Ноябрьский локдаун — это фактически стресс-тест на дееспособность власти. И она его проходит с огромным трудом. При этом снижение управленческого ресурса — процесс динамичный, а значит, чем дальше, тем сильнее будет это падение.

Проблема очевидна: в случае возникновения настоящего, а не выдуманного чрезвычайного события власть будет реагировать точно так же — с трудом, с запозданием и крайне неэффективно. Если же вспомнить, что в стране чудовищно изношена вся инфраструктура, то чрезвычайные события — это лишь вопрос времени.

Минздрав разрешил прививать «Спутником V» кормящих женщин. Этот пункт убрали из перечня противопоказаний в инструкции к вакцине. При этом в Минздраве отметили, что клинические исследования по применению «Спутника V» у кормящих матерей не проводились

Это не шутка. Исследований не проводилось, но из перечня противопоказаний убрали. Зачем — объяснять не нужно. Нужно натянуть еще полпроцента в отчетности. Вредно это или нет — вот тогда и узнаем.

Принцип «не навреди» окончательно выброшен за ненадобностью. Даже ветеринария выглядит на порядки более гуманной, чем нынешняя медицина. С чиновников спрос невелик, для них гуманизм - избыточная опция. Вопрос: а как отнесутся к новации врачи?