АРМЕН ГАСПАРЯН: «Та атака на русский язык, о которой сейчас говорит Владимир Владимирович Путин, это атака не на само по себе определение русского языка – это атака вообще на русскую цивилизацию как таковую! Русский язык просто в данном случае является средством коммуникации».

ВЛАДИМИР СОЛОВЬЁВ: «Есть такая, знаете, стилистическая особенность: если ты видишь человека, которому хочется сразу взять кусок мыла и засунуть в рот, то, не волнуйся, ты окажешься прав – это действительно редкий мерзавец! И при этом, как интересно, из демократов!»

КИРИЛЛ ВЫШИНСКИЙ: «В чем-то я, наверное, оказался наивным человеком, потому что я был наивно убежден, что моя профессия, к которой я отношусь честно, то есть соблюдаю профессиональные стандарты: даю две точки зрения, плюрализм, то есть отсутствие всего того, в чем меня обвинили, то... в общем «в пианиста не стрелять».

СЕМЁН БАГДАСАРОВ: «Молодые люди должны знать, к чему приводят революционные порывы и желание уничтожить всё, революционным путем достичь каких-то необычных ситуаций. Любая революция приводит к трагедии».

ВЛАДИМИР СОЛОВЬЁВ: «Посмотрите, вокруг нас, удивительным образом существует большое количество народов, среди этих народов не так много, которые действительно взяли и сформировали свою цивилизацию, свою культуру, свою литературу, свои традиции, свой образ жизни, образ мысли. И когда вы начнете делить, то вы заметите, что за всем этим фундаментально стоит язык – очевидно почему, потому что язык структурирует мышление».

ВЛАДИМИР СОЛОВЬЁВ: «ВЦИОМ зафиксировал самый высокий уровень субъективного счастья в России за все время измерения?! Теперь Deutsche Welle будет кричать, что ВЦИОМ продался большевикам, а тем не менее – частично или полностью счастливыми чувствуют себя 86% опрошенных, несчастными – всего 11% населения. Самое несчастное время – это были 1990 и 1992 годы».

ЕВГЕНИЙ САТАНОВСКИЙ: «Все, что происходит с Польшей, Прибалтикой, Украиной, это превращение их в плацдарм завтрашний. Ну хорошо – послезавтрашний. Как получится. Война против России. Все».

АЛЕКСЕЙ МАСЛОВ: «Китайцу не надо объяснять, что такое национальная идея, индийцу не надо объяснять национальную идею, а вот ради интереса попробуйте с любым американцем поговорить о национальной идее. Они очень много могут рассказать, и очень красиво могут сформулировать и могут расплакаться при виде американского флага, но как-то сформулировать очень сложно им эту идею».

АНДРЕЙ ДАНИЛЕНКО: «Возвращаясь к современным теплицам в Ленинградской области, я им задал вопрос вполне объективный: я не очень понимаю, почему теплица на севере. Я понимаю, в Краснодаре теплица, я понимаю – в южных регионах, а почему на северо-западе вы сохраняете это тепличное производство. Ответ очень простой. А как сделать по-другому, чтобы в городе Санкт-Петербурге круглый год была свежая зелень».

ВЛАДИМИР СОЛОВЬЁВ: «Человек этот текст писал. Человек с претензией на чувство юмора. Кстати, безосновательной. Человек, даже слышно по интонации, самовлюбленный. Убежденный в своей исключительности. Ну так же? Вот только не Пушкин. Но так и видно, как ему хочется сказать: угораздило же меня с моим умом и талантом родиться в России. Вот этот светлый человечек, а, главное, отстранение себя от страны».