АНАТОЛИЙ ШАРИЙ: "Киев нагнетает, Киев нагнетает!". Хорошо, что есть четкая дифференциация – есть Киев и есть Украина. Киев нагнетает, но попадёт по раздачу сама Украина. Всех тех, кто условно, в Украине называется пророссийскими – а сейчас пророссийскими называются все адекватные люди, абсолютно не радует возможность эскалации, это будет трагедия.

МАРИЯ ЗАХАРОВА: Ничего более реалистичного с точки зрения стабилизации ситуации, начала стабилизации, финалом которой должно быть мирное сосуществование в рамках единой Украины, нет. Не на сиюминутный момент, не на среднесрочную перспективу, не на будущее. Не потому что невозможно придумать какие-то другие методы разрешения ситуации на сегодняшний момент. Наверное, можно. Но они не будут работать через месяц.

СЕМЁН БАГДАСАРОВ: Нам нужно очень внимательно посмотреть, что происходит на постсоветском пространстве вокруг России. Когда мы говорим – США, НАТО, всё это хорошо. Но зона наших жизненных интересов, от которых зависит, в том числе территориальная целостность России и вообще существование нашего государствам, – это в том числе государства, которые находятся рядом с нами, постсоветское границы.

ВЛАДИМИР СОЛОВЬЁВ: Путин, кстати, не ответил на вопрос нападет ли Россия на Украину. А как на этот вопрос можно ответить? Это совсем не те вопросы, которые должны заботить Украину. Есть гораздо более серьезные проблемы. Вот сейчас националисты с радостью говорят: "У нас этих Javelin, хоть одним местом ешь. Мы сейчас возьмем, развернемся и всю Европу на уши поставим". Впрямую заявляют. Националисты.

АНДРЕЙ КАРТАПОЛОВ: Американцы не считают нас за идиотов. Они понимают, что время, когда можно было нам диктовать условия, кануло в Лету, кануло в Лету навсегда. Но они не могут поступиться своим псевдоавторитетом в глазах своих собственных граждан, своих избирателей, своих политических элит. То, что не написано в этих бумажонках, о чем идет разговор за кулисами, в том числе, о чем говорили Лавров с Блинкеном, мы не знаем.

ЕВГЕНИЙ САТАНОВСКИЙ: Разговаривая с американскими ведомствами, мы разговариваем со стеной, с пустотой, за которой огромное количество разбитых в дерущиеся клубки, иногда готовых идти на какие угодно провокации против просто бывшего своего соседа по партии, который сегодня во враждующем клане, групп людей. Системы больше нет. Этого мы не понимаем. Мировая система, международные правила игры – их нет.

МАРК ЕПИСКОПОС: Ответ США был довольно предсказуемый. Американская сторона констатировала всё, что мы говорили последние пару месяцев про то, что мы не готовы обсуждать вопрос "открытой двери", но мы готовы обсуждать продление СНВ-3, мы готовы обсуждать то, что мы дадим вам инспектировать базы в Румынии и Болгарии, чтобы убедиться, что там нет крылатых ракет.

ВЛАДИМИР СОЛОВЬЁВ: Мы виноваты лишь в том, что мы существуем. И этого достаточно. Не надо ничего доказывать. Всё! Вот сейчас обнаружили курицу в Пентагоне. А так как очень радостно по поводу кур шутили Псаки и Блинкен, что "русские ведут себя как лиса в курятнике", а теперь несанкционированная курица обнаружена в Пентагоне. Вы понимаете логику. То есть нас сейчас обвинят в том, что это русские хитрым образом подкинули курицу в Пентагон.

АНДРЕЙ БЕЗРУКОВ: Трамп несколько лет назад сказал, и это не идея Трампа, это идея, которая созрела в американских консервативных, даже не консервативных, а думающих, кругах, о том, что НАТО – это довесок к Соединенным Штатам, который начинает быть ненужным, это гиря на ноге. И Трамп это говорил, и другие говорили: "Нам не нужны тяжелые союзы, давайте уходить от этого".

СЕМЁН БАГДАСАРОВ: Была такая республика Сербская Краина. Это часть территории нынешней Хорватии, место компактного расселения сербов, большинство населения были сербы. В 1995 году хорватская сторона провела операцию "Буря". Этому предшествовало определенное противостояние, даже вводили войска ООН на линии соприкосновения, которые, кстати, так и не сыграли никакой роли и не препятствовали хорватской стороне к расправе над сербами.