Что случилось

Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев объявил, что войска Организации договора коллективной безопасности выполнили свою миссию и начнут поэтапно покидать республику с 13 января. Военный контингент ОДКБ прибыл в Казахстан 6 января, уже на следующий день после просьбы Токаева оказать помощь в «преодолении террористической угрозы» и борьбе с «внешней агрессией».

ОДКБ отправила в Казахстан коллективные миротворческие силы, чтобы охранять государственные объекты и помогать местным правоохранительным органам. Армения, Таджикистан, Киргизия и Беларусь отправили небольшие подразделения численностью несколько сотен человек, основную часть миротворческого контингента составляют российские подразделения воздушно-десантных войск. Всего в Казахстан, по заявлению стран ОДКБ, прибыли чуть больше двух тысяч миротворцев.

Ввод миротворцев ОДКБ на территорию Казахстана — первый случай применения коллективных сил организации. В предыдущих конфликтах с участием стран-участниц ОДКБ не вмешивалась — ни во время межэтнических столкновений на юге Киргизии в 2010 году, ни во время стрельбы на границе между Киргизией и Таджикистаном весной 2021 года.

— Почему решение о вводе коллективных сил ОДКБ в Казахстан было принято так быстро? И зачем они были там нужны?

— Путин заявил, что в Казахстане применялись «майданные технологии». Теперь войска ОДКБ будут использоваться для подавления протестов внутри стран договора?

— Как Кремль видит свою роль на постсоветском пространстве?

Говорим с заместителем главного редактора Carnegie.ru Максимом Саморуковым.

Как поддержать нашу редакцию — даже если вы в России и вам очень страшно

2 января в городе Жанаозен в Мангистауской области начались протесты, вызванные двукратным повышением цен на сжиженный газ, которым заправляют большую часть автомобилей региона. Протестующих Жанаозена поддержали в других регионах страны. На акциях также начали звучать политические требования и обращения к бывшему президенту страны Нурсултану Назарбаеву. Популярным лозунгом у протестующих стал «Шал, кет!» («Старик, уходи!») — то есть требование к первому президенту отойти от управления Казахстаном, которое он де-факто осуществлял.

В некоторых городах изначально мирные протесты переросли в столкновения с силовиками и штурм правительственных зданий, в Алматы на несколько часов был захвачен аэропорт, разгромлено здание акимата и резиденция президента. В городе Талдыкорган снесен памятник Назарбаеву.

На фоне массовых волнений президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев объявил чрезвычайное положение, отправил правительство в отставку, заморозил цены на газ и занял место Назарбаева на посту главы Совета безопасности страны. По просьбе Токаева в страну прибыли войска Организации договора о коллективной безопасности, в которую входят Россия, Беларусь, Армения, Киргизия, Таджикистан и Казахстан.

В республике несколько дней подряд был отключен интернет, не работали банки, система безналичных платежей и пункты обмена валют. Кроме того, сообщалось о перебоях с телефонной связью. В Алматы, где были самые массовые протесты, сейчас действует режим антитеррористической операции, вокруг города выставлены блокпосты и продолжается «зачистка» улиц.

К 7 января власти Казахстана отчитались о восстановлении порядка в стране. На 10 января известно о 7939 задержанных, официально подтверждена гибель 17 сотрудников правоохранительных органов и двух военных. Также объявлялось о «ликвидации 26 преступников». 9 января в телеграм-канале министерства информации и общественного развития Казахстана появилась информация о 164 погибших во время акций протеста, однако затем публикация этих данных была названа «технической ошибкой».

На онлайн-саммите ОДКБ Токаев заявил, что кризис был спровоцирован «деструктивными силами», которые попытались воспользоваться недовольством в стране для захвата власти. По его словам, в массовых беспорядках участвовали террористы, в том числе боевики из других стран.

В этом выпуске «Что случилось» мы говорим с Нариманом Шелекпаевым — доцентом Европейского университета в Санкт-Петербурге, специалистом по политической и культуральной истории советской и постсоветской Центральной Азии.

— Что все-таки произошло в Казахстане?

— Это итог тридцатилетней независимости Казахстана? Что это был за период?

— И разве обращение к ОДКБ в трудной ситуации не признак того, что десятилетия строительства независимого государства не привели к успеху?

Таймкоды

• 05:43 Система жузов
• 11:40 Формирование государственности Казахстана
• 16:38 Основные идеи политики Назарбаева
• 21:01 Как система работала при новом президенте
• 27:21 Транзит провалился?
• 35:49 Зачем Токаев обратился к ОДКБ
• 39:12 Как Запад относится к казахстанскому режиму

Как поддержать нашу редакцию — даже если вы в России и вам очень страшно

Парадоксально, но 2021 год был одним из лучших для медиаиндустрии России. Правда, это касается в первую очередь развлекательного контента. В борьбе за аудиторию в интернете инвесторы вкладывают большие деньги в шоу и сериалы. А создатели контента для ютьюба и стриминговых платформ получили невероятную по меркам классического телевидения свободу.

Одновременно государство ведет борьбу с глобальными интернет-гигантами и пробует найти им альтернативу внутри страны. А кроме того, преследует общественные медиа.

Говорим об этих противоречиях с медиаэкспертом Ксенией Болецкой.

Таймкоды

• 02:47 Бум сериалов
• 08:30 Кинопрокат в эру платформ
• 11:00 Реклама теперь везде
• 13:25 Контроль над интернетом
• 18:49 Зачем Кремлю «ВКонтакте»
• 26:50 Цензура или российские ценности?
• 30:41 Репрессии против медиа
• 34:20 Эксперименты с контентом
• 39:36 Будущее за видеоиграми

Как поддержать нашу редакцию — даже если вы в России и вам очень страшно

2021 год начался с протестов в поддержку Алексея Навального, прошедших по всей России, а закончился полным разгромом всех структур гражданского общества. Массовые репрессии против правозащитников, политических активистов и журналистов уже почти не вызывают реакцию у россиян. Многие граждане страны испытывают другие страхи — войны, экономического кризиса и коронавируса.

Стремление властей контролировать все сферы жизни, постоянное фоновое насилие или его угроза привели к всеобщей апатии, преодолевают которую только протесты против принудительной вакцинации и QR-кодов.

Вместе с социологом, научным руководителем «Левада-центра» (объявлен властями «иноагентом», мы обязаны указывать это по требованию властей) Львом Гудковым подводим (очень невеселые) социологические итоги года:

— Чего стали бояться россияне в этом году?

— Возможно ли повторение «крымского консенсуса»?

— Чего на самом деле люди хотят от государства — демократии или патернализма?

— Как новые поколения воспринимают консервативные ценности?

Таймкоды

• 01:29 Чего опасаются россияне
• 07:30 Миграционные настроения
• 10:09 Протестные настроения
• 16:02 Расширение репрессий и фоновое насилие
• 22:00 Отношение к пыткам
• 24:15 Что может вызвать активные протесты
• 29:08 Возможно ли повторение «крымского консенсуса»
• 32:38 Запрос на патернализм
• 36:12 Консервативные ценности и новое поколение

Как поддержать нашу редакцию — даже если вы в России и вам очень страшно

В 2021 году многие страны мира (включая Россию) наладили производство вакцин от коронавируса и начали прививочные кампании. Теоретически у человечества был шанс закончить пандемию, если бы массовая вакцинация прошла быстрее и затронула также развивающиеся страны (включая Африку).

На деле все оказалось сложнее — и с организацией прививочных кампаний, и с поставками вакцин в развивающиеся страны. За время, которое потребовалось правительствам, коронавирус успел многократно мутировать и дважды, даже трижды распространиться в популяции.

Новая вспышка инфекции происходит прямо сейчас — с распространением среди людей штамма омикрон. Он поражает и привитых, и переболевших, хотя заболевание протекает легче у тех, кто уже имеет иммунитет от коронавируса.

— Имеет ли смысл делать бустерную прививку, если все вакцины рассчитаны на выработку иммунитета против изначального штамма коронавируса?

— Есть надежда, что хотя бы после омикрона пандемия закончится?

Редакторы «Медузы» Александр Ершов и Дмитрий Кузнец подводят итоги очередного ковидного года и делают прогнозы на новый (тоже явно пандемийный).

Таймкоды

• 03:43 Почему не сбылись прогнозы о конце пандемии в 2021 году
• 10:42 Что мы знаем об омикроне
• 18:12 Кажется, пандемия будет вечно. Это так?
• 26:50 Как пандемия повлияла на медицину
• 28:50 Смертность от коронавируса в России
• 36:14 Нужно ли делать бустерную прививку

Как поддержать нашу редакцию — даже если вы в России и вам очень страшно

В начале декабря в подкасте «Что случилось» мы обратились к вам, нашим слушателям, с просьбой. Мы хотели узнать, какие вопросы вас интересуют. Ведь весь год чаще всего мы сами в редакции думаем над тем, что вас могло бы заинтересовать. Вдруг мы что-то упускаем?

Тех, кто отправлял нам письма, в первую очередь интересуют ответы на такие вопросы:

• Что будет с ценами в России и что вообще будет с экономикой страны?
• Готова ли к внезапному кризису российская система власти?
• Как будет развиваться пандемия? Может, пора уже создать искусственный вирус, которым всех заразят — и это сработает как прививка?
• И что можно почитать, чтобы меньше переживать о своем здоровье?

Еще один вопрос мы выбрали случайным образом. Он оказался о переработке мусора в Москве. Ответ на него тоже есть. Кто мы такие, чтобы спорить с роком?

На ваши вопросы в этом эпизоде отвечают: экономист Рубен Ениколопов, социолог Константин Гаазе, журналисты Иван Голунов, Александр Ершов, Дмитрий Кузнец и Дарья Саркисян (кстати, вот ссылка на список литературы, которую она рекомендует).

Таймкоды

• 03:09 Ждем экономический кризис? Цены продолжат расти?
• 09:05 Как сохранить сбережения от инфляции?
• 12:27 Как экономический кризис влияет на режим?
• 19:57 Можно ли создать искусственный вирус, который станет «вакциной» от COVID-19?
• 23:14 Что почитать, чтобы лучше разбираться в здоровье и медицине?
• 33:20 Как искать медицинскую информацию в интернете?
• 37:55 Что случится, если Путин вдруг умрет?
• 48:37 Каким будет 2022 год в российской политике?
• 50:45 Случайный вопрос: в Москве правда перерабатывают мусор?
• 57:37 Прогноз от Владислава Горина

Как поддержать нашу редакцию — даже если вы в России и вам очень страшно

Это предпоследний в 2021 году выпуск подкаста «Что случилось». Хочется начать праздновать. И мы не удержались — этот выпуск не о новостях, которые долго остаются важными, а о празднике. Точнее, о том, как сложилась сама эта традиция. Тем более что смысл некоторых новогодних ритуалов уже не особенно понятен.

Говорим с писателем Александром Генисом про то, как Новый год стал главным праздником страны. И про новогодний стол, вкус роскоши которому придавал не какой-то поразительный деликатес, а обычный майонез.

Среди книг Александра Гениса есть и посвященные еде: например «Колобок и др. Кулинарные путешествия» или «Русская кухня в изгнании» (в соавторстве с Петром Вайлем).

А о чем конкретно идет речь в подкасте? Это легко понять по таймкодам!

Вот они:

• 01:47 Как добывали продукты к застолью? И почему в СССР людям была доступна неведомая ныне роскошь — например, камчатские крабы, которых (какая расточительность) клали в салат?
• 07:29 Кого было принято звать в гости и как веселились?
• 13:01 Как подбиралась компания на праздник и почему звали друзей, а не родственников?
• 15:50 Где встречали Новый год?
• 17:58 Что и с чем пили? И почему это были такие дикие сочетания — вроде коньяка с осетриной?
• 26:32 Как готовили новогодние салаты?
• 30:41 Как тогда накрывали новогодний стол? И почему этот канон такой долговечный?

Как поддержать нашу редакцию — даже если вы в России и вам очень страшно

Власти Беларуси опубликовали проект новой Конституции. По словам Александра Лукашенко, после обсуждения в проекте еще могут появиться изменения, а референдум по Конституции должен состояться уже в феврале 2022 года.

Новая Конституция гарантирует Лукашенко (и другим будущим президентам) защиту от преследования за действия, совершенные во время исполнения президентских полномочий. Кроме того, бывший глава государства получает право стать пожизненным сенатором Совета Республики, также гарантировав себе таким образом неприкосновенность.

Вводятся и ограничения. По новой Конституции президент не сможет занимать свой пост более двух сроков, но эта норма будет действовать только со дня вступления в должность вновь избранного президента. Таким образом, Александр Лукашенко сможет еще дважды переизбираться на президентский пост.

В Конституции появилось упоминание Всебелорусского народного собрания как высшего представительного органа народовластия. Собрание получит право сместить президента в случае систематического или грубого нарушения Конституции, госизмены или другого тяжкого преступления.

Если Конституцию примут в новой редакции, лидер оппозиции Светлана Тихановская не сможет участвовать в президентских выборах: поправки вводят запрет на участие в выборах лиц, когда-либо имевших иностранное гражданство или вид на жительство в другой стране. Не смогут избираться на пост президента и кандидаты моложе 40 лет (сейчас возрастной порог составляет 35 лет).

Из документа исчез пункт о безъядерном и нейтральном статусе государства. Вместо этого предлагается включить формулировку «Республика Беларусь исключает военную агрессию со своей территории в отношении других государств».

Александр Лукашенко уже дважды менял Конституцию, принятую в 1994 году, ради расширения собственных полномочий. После массовых протестов из-за президентских выборов 2020 года белорусские власти пообещали, что до 2022 года в Конституцию внесут поправки, ослабляющие власть президента в пользу правительства и парламента, а затем в стране проведут новые президентские и парламентские выборы.

В новом эпизоде «Что случилось» мы говорим с политическим аналитиком Артемом Шрайбманом:

— Как новая Конституция меняет политическую систему Беларуси? Вся власть будет по-прежнему сосредоточена в руках у Лукашенко?

— Может ли референдум по Конституции стать началом новых массовых протестов?

— Что насчет новых выборов? И можно ли нынешние поправки в основном законе считать началом транзита власти от Лукашенко к новому правителю?

Таймкоды

• 03:09 Что не так с проектом новой Конституции
• 10:42 Для чего нужны поправки
• 15:19 Как воспринимаются поправки
• 18:40 Возможные преемники
• 23:00 Объединение с Россией
• 26:08 Что происходит с оппозицией
• 33:30 Что может трансформировать постсоветские авторитарные режимы

Как поддержать нашу редакцию — даже если вы в России и вам очень страшно

Юрист рязанского отделения «Мемориала» (объявлен российскими властями «иноагентом», мы обязаны указывать это по требованию властей) Петр Иванов помогает семьям, в которых есть дети с орфанными заболеваниями, получать от государства положенные по закону дорогостоящие лекарства.

По закону «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации», все лекарства, назначенные по жизненным показаниям, должны выписываться бесплатно. Если лекарство не зарегистрировано в России, его должен назначить федеральный консилиум специалистов.

Лекарства для таких редких заболеваний могут стоить очень дорого, например, генный препарат для лечения спинальной мышечной атрофии «Золгенсма» является самым дорогим лекарством в мире, его цена — 160 миллионов рублей. Региональные министерства здравоохранения стараются переложить закупку дорогостоящих медикаментов на благотворительные фонды, в том числе на созданный президентом Путиным фонд «Круг добра», или предлагают родителям обратиться в суд.

Минздравы неохотно принимают решения о закупке дорогостоящих лекарств, особенно не зарегистрированных на территории России, из опасения, что надзорные органы сочтут такую покупку нецелевым расходом средств. В таком случае судебное решение снимает ответственность с ведомства.

Юристы рязанского «Мемориала» добиваются от судов решений, по которым дети с орфанными заболеваниями получают необходимые лекарства пожизненно или до тех пор, пока в этом не исчезнет необходимость. За 2021 год им удалось обеспечить детей медицинской и социальной помощью на сумму более 225 миллионов рублей.

— Как добиться бесплатного лечения ребенка с тяжелым заболеванием?

— Почему региональные ведомства неохотно закупают дорогие лекарства, хотя обязаны делать это по закону?

— Почему эффективнее поддерживать правозащитников, чем просто перечислять пожертвования в благотворительные фонды?

Таймкоды

• 03:05 Как заставить власти оплатить лечение
• 07:41 Почему чиновники боятся выделять деньги
• 10:20 Как суды рассматривают дела о лекарствах
• 16:29 «Круг добра» и благотворительные фонды
• 20:03 Почему регионам тяжело закупать лекарства
• 22:01 Почему власти больше не поддерживают правозащитников

Как поддержать нашу редакцию — даже если вы в России и вам очень страшно

Прокуратура Нидерландов запросила пожизненные сроки для четырех обвиняемых по делу о крушении рейса «Малайзийских авиалиний» MH17 в 2014 году. По версии обвинения, россияне Игорь Гиркин (Стрелков), Сергей Дубинский, Олег Пулатов и украинец Леонид Харченко причастны к транспортировке российского «Бука», сбившего малайзийский лайнер над территорией Донбасса.

Обвиняемых идентифицировали на основе записей более 150 тысяч телефонных переговоров сепаратистов с российскими военными, перехваченных Службой безопасности Украины. В опубликованных разговорах они обсуждают транспортировку ракетного комплекса «Бук» по подконтрольной им территории. При этом прокуратура считает, что никто из обвиняемых лично не участвовал в запуске «Бука» по малайзийскому «боингу».

Суд проходит заочно, никто из обвиняемых на нем не присутствовал. Только один из них, Олег Пулатов, согласился взаимодействовать с судом, записав видеоинтервью для судей, в котором заявил, что ему ничего не известно о «Буке», сбившем «боинг». Все четверо фигурантов не признали свою вину. Россия причастность к крушению «боинга» в Донбассе отрицает.

Международная расследовательская группа Bellingcat (объявлена российскими властями СМИ — «иноагентом», мы обязаны указывать это по требованию властей) установила имена причастных к катастрофе, маршрут, которым «Бук» доставили на Украину из Курской области, и предположительную точку запуска ракеты. Их материалами пользовалась Международная следственная группа, расследующая крушение самолета «Малайзийских авиалиний».

В этом выпуске «Что случилось» мы говорим с журналистом Bellingcat Христо Грозевым — о том, как расследователи смогли по открытым данным восстановить картину произошедшей катастрофы.

Таймкоды

• 02:40 Знакомство с Путиным
• 04:20 Почему власти считают журналистов агентами спецслужб
• 08:20 Как началось расследование
• 16:04 Как Россия пытается опровергнуть доказательства
• 22:55 Что говорит Гиркин
• 25:53 Кто должен понести ответственность за сбитый «боинг»
• 32:18 Как дело MH17 повлияет на российскую власть

Как поддержать нашу редакцию — даже если вы в России и вам очень страшно