Гуманитарный коридор.Архив

«Вы видите людей, таких же как вы: они чистые, одетые, вы не можете даже представить себе, что за ними стоит ад, который они прошли». Живущий в Париже кинорежиссер Игорь Минаев снимает фильм «Изоляция» о подпольной тюрьме, которая находилась в здании бывшего завода изоляционных материалов в Донецке

За этот год я ездила в Украину десять раз. Волонтеры за свой счет приезжают из США и раздают деньги. Мы проверяем документы, чтобы наши деньги попали в руки тем, кто действительно нуждается. Мы специально выбираем отдаленные от райцентров села, потому что туда не доезжает гуманитарная помощь.

В Украинахаус пришла немка с сыном лет шести, привезла полную машину ценных вещей, а мальчик стоял посреди склада, среди украинских женщин, и за всем наблюдал. Я понял, что она не случайно взяла сына с собой, видимо, он участвовал с самого начала. Наверно именно так из детей и выращивают людей.

Подкаст о беженцах, построенный на человеческих историях, на свидетельствах о пережитом и испытанном

С Украиной связаны ощущения настоящего и будущего. Там сейчас происходит удивительно сложное и новое искусство. Это возможность в ситуации абсолютной боли человеку узнавать о себе что-то очень человеческое. Когда война закончится, останется память и невероятное искусство.

Я когда смотрю на фотографии Нью-Йорка времен II Мировой войны – обычный город, люди живут мирной жизнью. Тоже самое сейчас, кроме огромного количества украинской символики. Обязательно наткнешься на украинский флаг или плакат в баре «Если хотите выпить Stolen, то это не к нам»

Мой отец был убит, когда мне было пять месяцев, он был одним из руководителей сопротивления против немцев. Моя мать сбежала, и мы с бабушкой отправились на ее поиски. Я в 14 лет приехал в Польшу в коротких штанишках: в Греции юноши очень долго носят шорты, а в Польше я выглядел, как инопланетянин

История Литвы тесно пересекается с историей Украины с XIII века. Миндовг, который объединил литовские земли, был современником Данило Галицького, их семьи вступали в родственные отношения. Эти связи и сходства видны и в XIX и XX веке, а с 1939 года судьбы обеих стран практически одинаковые.

Когда началась война, сирийский беженец просил меня уговаривать всех в Украине уезжать. Потому что Россия – это что-то очень больше, очень мрачное, очень опасное. Им не жалко людей вообще. О двух волнах беженцев в Германии рассказывает журналист и блогер Артур Фред

Я – израильтянин, мы привыкли, что в нас стреляют. С 24 февраля мой день не заканчивается. Вчера около одиннадцати я просто упал от усталости, проснулся в два часа ночи. Все, кто сейчас работает на благо людей, в таком состоянии. Раввин Кривого Рога Лирон Эдри и волонтер из Лондона Анна Кечеджиева