На грани

США всегда нужны соучастники, когда им кровь из носу надо куда-то вторгнуться. И не только для того, чтобы кровь текла не из их носу. Но и для легитимности вторжения. Поэтому на Луну они берут только избранных.

США всегда нужны соучастники, когда им кровь из носу надо куда-то вторгнуться. И не только для того, чтобы кровь текла не из их носу. Но и для легитимности вторжения. Поэтому на Луну они берут только избранных.

Если обнаружить, что Китай что-то недоговаривал, или сказать, что обнаружили, то сам собой отпадет этот зубодробительный вопрос: почему Трамп даже не чесался, когда зараза уже перешла все границы. Так потому, что его ввели в заблуждение.

Если обнаружить, что Китай что-то недоговаривал, или сказать, что обнаружили, то сам собой отпадет этот зубодробительный вопрос: почему Трамп даже не чесался, когда зараза уже перешла все границы. Так потому, что его ввели в заблуждение.

"Я тебя породил, я тебя и убью". Экс-министр юстиции Бразилии так, конечно, президенту не сказал. Но поступил не менее грозно. Преподнес пусть не большой букет обвинений, но с четным количеством цветков.

"Я тебя породил, я тебя и убью". Экс-министр юстиции Бразилии так, конечно, президенту не сказал. Но поступил не менее грозно. Преподнес пусть не большой букет обвинений, но с четным количеством цветков.

И для ПНС, и для ЛНА обострение в Рамадан – это вполне логично. В священный месяц правоверные все равно должны отказаться от дневного приема пищи, питья, курения, интима. Чем еще заняться, как ни воевать.

И для ПНС, и для ЛНА обострение в Рамадан – это вполне логично. В священный месяц правоверные все равно должны отказаться от дневного приема пищи, питья, курения, интима. Чем еще заняться, как ни воевать.

Ким Чен Ын, затаившись на даче, читает о себе почти некрологи и посмеивается, приговаривая: умереть – не встать. Когда бы еще он узнал все, что о нем думают. Ему, кстати, это должно понравиться.

Ким Чен Ын, затаившись на даче, читает о себе почти некрологи и посмеивается, приговаривая: умереть – не встать. Когда бы еще он узнал все, что о нем думают. Ему, кстати, это должно понравиться.