Гость: эксперт по Турции, обозреватель, блогер Иван Стародубцев.

ЕВГЕНИЙ САТАНОВСКИЙ: Разница между Горбачёвым и Ден Сяопином была в принципиальном подходе к тому, что важнее. Китай без малейших колебания вступает в противостояние со всем миром, если ему это надо, чтобы отстоять свой суверенитет, отстоять свою позицию. Сепаратизм в Китае очень жёстко пресекается.

ЕВГЕНИЙ САТАНОВСКИЙ: Разница между Горбачёвым и Ден Сяопином была в принципиальном подходе к тому, что важнее. Китай без малейших колебания вступает в противостояние со всем миром, если ему это надо, чтобы отстоять свой суверенитет, отстоять свою позицию. Сепаратизм в Китае очень жёстко пресекается.

ЗЕЭВ ХАНИН: Тут народ начинает задумываться, что мы в течение двух лет существуем в условиях, когда нами управляет переходное правительство. Оно с точки зрения израильского права является в полном смысле слова правительством, но в реальности чем дальше, тем больше основной вес приобретают министерская бюрократия, генеральные директора и так далее.

Гость: профессор отделения политических наук Университета Бар-Илана Зеэв Ханин.

ВЛАДИМИР БАКАНОВ: Если смотреть на самые знаменитые в мире блюда, которые прижились и с точки зрения потребления, и с точки зрения получения удовольствия от потребления, всегда основаны на гармоническом сочетании двух, трёх, четырёх ингредиентов.

ВЛАДИМИР БАКАНОВ: Если смотреть на самые знаменитые в мире блюда, которые прижились и с точки зрения потребления, и с точки зрения получения удовольствия от потребления, всегда основаны на гармоническом сочетании двух, трёх, четырёх ингредиентов.

ЕВГЕНИЙ САТАНОВСКИЙ: Настолько девальвировали те реальные понятия, которые стоят за словами, которые вылетают изо рта политиков, а часто и журналистов, не задерживаясь в уме, что никто даже не задумывается, что такое мировая война.

ЕВГЕНИЙ САТАНОВСКИЙ: Настолько девальвировали те реальные понятия, которые стоят за словами, которые вылетают изо рта политиков, а часто и журналистов, не задерживаясь в уме, что никто даже не задумывается, что такое мировая война.

ДОВИД КАРПОВ: Последняя казнь, которая предшествовала Исходу, так называемая казнь первенцев, в Торе называется эпидемией, и по сути это была эпидемия – потому что это была какая-то напасть непонятного свойства, от которой не было никакой защиты, и она в самом тексте называется эпидемия.