/spichka

В подкастах мы планируем обращаться к событиям пяти ведущих стран соцблокАа: СССР, ГДР, Чехословакии, Польше и Венгрии, а также Югославии, которая не входила в блок, но всё-таки являлась социалистической. Другие страны — Румынию, Болгарию, Албанию — мы затрагивать практически не будем.

Намеренно не станем бросать взор на страны Азии и вникать в советско-китайский конфликт. Да, азиатские страны, пытавшиеся достичь социализма, и советско-китайские отношения надо учитывать, чтобы понять историю соцблока, но для того у нас есть подкасты с Василием Лебедевым. Здесь же мы будем говорить о Восточной Европе и лишь кратко затрагивать то, как на ней сказывались азиатские веяния.

Сегодня — посмотрим, как рождался соцблок и почему разразился советско-югославский конфликт, говорить о котором, разумеется, нельзя, не затрагивая теории. Уж позвольте намекнуть: конфликт возник потому, что сталинские и югославские руководители по-разному понимали диктатуру пролетариата. Под конец мы попытаемся выявить закономерности, присущие соцстранам в первые послевоенные годы, и понять, что уже тогда предвещало о гибели социалистического лагеря.

Ведущий: Андрей Рубцов

Рассказчик: Егор Живинин

Советская и американская военные администрации не могли рассчитывать на их помощь, ибо те погрязли в междоусобицах и даже занимались рэкетом. Коммунистическое движение, в свою очередь, кануло в небытие ещё до того, как на полуостров прибыли силы союзников. Неразбериха мешала развиваться промышленности и транспорту, а крестьяне, бедствуя и недоедая, требовали передать им землю.

Корею охватил всеобщий кризис, и в таких условиях советским и американским руководителям предстояло решить, какая участь предначертана корейскому полуострову.

В новом подкасте с корееведом Василием Лебедевым обсудим, к чему в результате пришли стороны, стоявшие на пороге холодной войны.

Будучи зажатой между тремя могущественными державами — Китаем, Японией и Россией, — Корея превратилась в арену для мировых интриг, а потом, освободившись от японской оккупации, оказалась разделённой на две части. Гражданская война окончательно расколола её надвое: на социалистическую КНДР и капиталистическую Республику Корея.

Оба корейских государства, находясь на передовой холодной войны, превратили историю в поле идеологической битвы. Поэтому люди до сих пор падают в объятия мифов, возникших в ходе этого противостояния.

На Севере прославляют основателя КНДР Ким Ирсена — единственного борца за независимость Кореи, который с молодых ногтей бился за счастье корейского народа и в итоге привёл его к победе. На Юге отсчитывают свою современную историю от 1919 года — когда в Шанхае было основано Временное правительство.

В будущих подкастах мы попробуем очистить историю от мифологической шелухи и разобраться, из-за чего началась Корейская война и как марксизм переродился в чучхе.

Пока что рассмотрим исторический контекст: обсудим, как развивалась экономика Кореи во время оккупации и как в её недрах росла национальная буржуазия, а напоследок затронем вопрос, кто же всё-таки освободил несчастный полуостров.

В условиях прихода нацистов к власти «...оставшиеся лидеры КПГ разошлись во мнениях в совершенно бесполезных идеологических спорах и деталях определений. Шер яростно придерживался мнения, что лозунгом должно быть создание "свободных социалистических профсоюзов", в то время как Ульбрихт настаивал на "независимых классовых профсоюзах". Это лишь один из эпизодов в яростных спорах по поводу формулировок, которые, учитывая драматизм ситуации, были просто смешными».

История КПГ в Веймарской республике была крайне противоречивой. В один и тот же период Вальтер Ульбрихт дебатирует с Геббельсом, а коммунисты совместно с НСДАП участвуют в позорной кампании по организации забастовок.

Всё это часть истории Коммунистической партии Германии, которую мы продолжаем освещать в переводе и озвучке биографии Вальтера Ульбрихта.

Давид Мандель изучает историю рабочего движения в России. Он рассказал нам, насколько рабочие Российской империи были сознательными, как созревало их классовое сознание и что делали большевики, чтобы завоевать их доверие.

От рабочего движения Российской империи мы успели переметнуться к левому движению современной Канады. Обо всём этом — в нашем подкасте.

Знаем, что на деле не всё так просто, как кажется. Поэтому подняли источники и уже пишем статью. А пока обратились за помощью к востоковеду Михаилу Магиду и взяли у него интервью. Два часа говорили о том, насколько важен Афганистан на мировой арене, какое у него будущее и обо что спотыкаются афганские силы, проводя догоняющую модернизацию.

Интервью записано до того, как пала провинция Панджшер и Ахмад Масуд бежал из страны.

Многие ошибочно воспринимают работу деятеля Коминтерна как отчаянную борьбу за существование, хотя порой было и такое. Обыденность была прозаичнее: он занимался бумажной работой и подписывал документы.

Такой была жизнь Вальтера Ульбрихта в лихие 20-е годы. А мы возвращаемся к переводу и озвучке его биографии.

Об Израиле сложилось мнение, будто это небольшое демократическое государство на Ближнем Востоке. Всё у него хорошо, лишь палестинцы иногда огрызаются. На самом деле, как рассказал нам Михаил, Израиль — это не только последний колониальный проект, но и концлагерь для местных арабов. Да и внутренних проблем у него хватает: политика неолиберализма и сионизма расколола израильское общество, поэтому оно находится в постоянном кризисе.

Если с позицией Михаила по Израилю нам сложно поспорить, то с тем, как он оценивает СССР, мы не согласны. По его мнению, Советское государство, как и любое капиталистическое государство, было эксплуататорским, хотя там не было капитализма. Вдобавок Михаил близок к анархистам и придерживается «коммунизма рабочих Советов». Мы не разделяем его взгляды. Обо всём подробнее — в нашем подкасте.

Илья Матвеев — кандидат политических наук, состоит в РСД и ест либертарианцев на завтрак.

Мы поговорили с ним про ленинскую теорию государства, кризис западной демократии и российскую политику.

Мы не во всём согласны с нашим гостем, но интервью получилось интересным.

Благодаря переносу в страны с дешёвой рабочей силой производство продукции стало более трудоёмким, но и более выгодным для империалистов. Это означает, что последние стали больше опираться на третий метод создания прибавочной стоимости – на понижение зарплаты рабочих ниже стоимости их рабочей силы, то есть на сверхэксплуатацию. Важную роль данного метода в реальной жизни отмечал и Маркс, однако оставил его за рамками своей общей теории капитала.

Этот путь развития капитализма позволил временно противодействовать тенденции нормы прибыли к понижению и отсрочить острую фазу глобального кризиса перепроизводства на несколько десятилетий.

Сверхэксплуатации как способу извлечения прибавочной стоимости и посвящена статья британского марксиста Джона Смита.

То, насколько вопиющим и систематическим является угнетение сотен миллионов трудящихся Глобального Юга, шьющих одежду или собирающих смартфоны для жителей Севера за пару долларов за 10-12-часовую смену, позволяет Смиту говорить не просто о понижении зарплаты ниже стоимости их рабочей силы, но и о понижении самой стоимости их рабочей силы.

В то же время Смит не скатывается в тьермондизм и не ставит крест на возможности революционных преобразований на Севере. Мы разделяем такой взгляд и считаем важной борьбу за социализм на каждом участке глобальных сетей производства.

В работе Смита также разобрано распространённое заблуждение, будто рабочие в более капиталоёмких отраслях производства создают больше стоимости и прибавочной стоимости для капиталистов, чем их товарищи в более трудоёмких отраслях.