Ведущие:

Любой врач, любой сотрудник любой больницы знает, что если ему привезли пациента, привезли больного не на скорой помощи, а каким-нибудь другим способом, — будут неприятности…

Ведущие:

Это происходит от соловьева, это происходит от киселева на федеральном телеканале. Это происходит оттого, что российская власть сделал ставку на грубую, тупую, безграмотную и, в сущности, исполненную презрения к своему населению, пропаганду…

Ведущие:

Два разных режима в этой ситуации между соседними Ленинградской областью и Карелией создают элемент дезинтеграции страны. Вот ситуация, которая мне кажется важной, опасной, и которая, мне кажется, свидетельство того, что российская власть находится в реальном полуразваливающимся сегодня состоянии…

Ведущие:

Нет в России такого места, где знают на сегодня, что происходит в России в действительности. Даже в Москве, не говоря уже, разумеется, о далеких окраинах…

Ведущие:

Россия — страна-изгой, она совершила преступления. Ей не доверяют как стране, склонной к преступлениям…

Ведущие:

Путин не может быть связан с плохой новостью, а карантин — плохая новость. Путин может быть связан только с новостями хорошими, например, с каникулами. Гуляйте все неделю, а там, глядишь, еще неделю, а там еще неделю. Пейте, веселитесь. Путин разрешил. А объявлять карантин будут совершенно другие люди. Несомненно, вас это ждет…

Ведущие:

Сегодня мы с вами живем в стране, где Конституционная программа демонтирована, и где закон не опирается больше на связный, разумный конституционный текст, а опирается на такую скоростную поделку, в которой одни части противоречат другим…

Ведущие:

Тот факт, что в России нет национального плана с коронавирусом ничтожно количество выявленных, точнее объявленных случаев заболевания, — это связано с тем, чтобы не спугнуть 22 апреля…

Ведущие:

Короче говоря, в той ситуации, когда в Конституцию надо всунуть каждую севрюжину с хреном, которая кому-нибудь нравится, каждую попадью и каждый свиной хрящик, может быть, много всякого интересного…

Ведущие:

Власть должна бояться, что ее сменят. И только под этим давлением, под этим действием власть может совершить что-то, что ей невыгодно, что, на первый взгляд, ее ограничивает, а именно уважить, исполнить права граждан на что бы то ни было…