Андрей Перцев и Андрей Першин рассказывают, как городские парки из обветшавшего памятника советскому прошлому стали неуютным воплощением типовых цифровых макетов. Парк нашей юности — это обязательно сломанные аттракционы и маргинальная жизнь? Почему по паркам иногда было приятно пройтись, но при этом не очень хотелось там долго находиться? И как застройка съедает современные парки?

Ведущие вспоминают, как в детстве находили в парках вещи, деньги и даже баян, как катались на старых аттракционах и как на глазах эти аттракционы разрушались. А еще размышляют о том, как война фактически перечеркнула идею благоустроенных парков «как в Европе».

Андрей Перцев и Андрей Першин поднимают чувствительную для себя тему кладбищ и похорон. Какие эмоции они у нас вызывали? Всегда ли это тоска и хтонь? Может, мы приходили туда в поисках спокойствия и дикой природы? 

Андрей Першин вспоминает впечатления от похоронных обрядов в Удмуртии, а Андрей Перцев рассказывает случай, после которого он стал бояться кладбищ.

Также в этом эпизоде ведущие читают ваши истории из писем и комментариев. 

Андрей Перцев и Андрей Першин в этом эпизоде говорят о главных реках в своей жизни и размышляют о затопленных городах.

Андрей Перцев рассказывает, как ходил через Северную Двину прямо по льдинам, ездил на стареющих теплоходах и как речные вокзалы в регионах превращались в рынки и вытеснялись дорогим жильем. Андрей Першин вспоминает «Метеоры» на Волге, южные виды на Каме и город Мологу, который полностью ушел под воду.

🎥 Фильм Андрея Першина «Море — дом» о Мологе.

Торговые центры в 2000-е стали для многих символом сытой жизни и путинской стабильности. Они были точками притяжения, местами встречи и создавали чувство причастности к мировому рынку. Теперь иностранные бренды покидают Россию и продают свой бизнес, место западных марок занимают российские и белорусские аналоги, в кинотеатрах почти не показывают мейнстримное западное кино. А в некоторых торговых комплексах хотят начать производство дронов.

Почему торговые центры были для нас всегда чем-то большим, чем просто магазины с фуд-кортом? И почему именно они нагляднее всего отражают, как изменилась страна после 24 февраля 2022 года?

Ведущие Андрей Перцев и Андрей Першин размышляют, как детское восхищение первыми торговыми центрами сменилось во взрослой жизни усталостью от поездок туда.

Второй эпизод — о панельках. Как они на нас повлияли? Почему в детстве эти серые однотипные здания ассоциировались с достатком? Нормально ли было не знать соседей и бояться ездить с ними в лифте? Как мы смотрим на панельки сейчас — с теплотой или отторжением?

Андрей Перцев признается, что ему не близки реалии из песни Хаски «Панелька», и говорит, что его гораздо сильнее трогают панно и мозаики на стенах домов в Сыктывкаре. Андрей Першин вспоминает, как восхищался многоэтажками в юности, и рассказывает, как оживлял панельки в Ижевске.

Первый эпизод — о поездах. Что они значили для нас? Куда они нас везли и куда привезли? Мы скучаем по стуку колес, виду из окна, вареному яйцу из полиэтиленового пакета — или это опыт, к которому не хочется возвращаться? И почему любой разговор о поездах почти всегда оказывается разговором о судьбе России?

Андрей Першин рассказывает, как пробирался в детстве под вагонами, чтобы перейти пути, каким важным событием стал промчавшийся мимо родной деревни бронепоезд Ким Чен Ира — и как потом сам Андрей проехал на поезде всю Россию от Дальнего Востока до Москвы.

Андрей Перцев вспоминает старые составы, неожиданных попутчиков, тамбуры — и одеяла, которыми затыкали разбитые окна.

Андрей Перцев и автор подкаста «Земля» Андрей Першин вспоминают личные истории о местах и понятиях, общих для многих из нас: о поездах, вокзалах, панельных домах и спальных районах, торговых центрах, набережных, кладбищах. 

Ведущие не претендуют на всесторонний анализ — напротив, они делятся очень личными ощущениями. Надеемся, что эти воспоминания будут что-то пробуждать и в вас.