Аудиокниги - Капли Сота - Kapli Sota.com

Глава 32. Ветер и прилив. Аудиокнига "Диана" Susan Warner 1877
Перевела и озвучила книгу Галина Гура

Как прошла эта ночь, бесполезно пытаться рассказывать. Некоторые вещи просто невозможно описать. Свободу от всех оков закона и порядка в материальном мире мы называем хаосом, бывает время, когда психическая природа смертного человека на время впадает в подобное состояние. Ни за что не держась и ничего не чувствуя, ничего, кроме беспорядка и боли. Ни на что не надеясь в данный момент ни на мир, ни на настоящее, ни на будущее; и не желая обуздать бунт внутри себя. Для Дианы это была ужасная ночь, подобной у неё никогда не было и не будет.
Тем не менее, несмотря на всю неразбериху, под всей этой суматохой была одна неподвижная точка, вокруг которой действовала вся неразбериха и которую Диана смутно сознавала всё это время; одна точка действия. В то время она не могла успокоиться, чтобы посмотреть на неё. Когда в небе взошла заря, с неизменным обещанием победы, и лучи солнца появились над холмами, сила, казалось, влилась в её сердце. Воистину, свет не имеет ничего общего с тьмой, а духовное и материальное, возможно, более тесно связаны, чем мы думаем. Диана умылась, оделась и почувствовала, что со вчерашним днём покончено.
Напротив Басила за завтраком сидела его жена с уставшим, измождённым лицом, но она сидела и наливала ему чай с не меньшим вниманием, чем обычно. За исключением чая, еда была не более чем притворством. Покончив с завтраком, Диана последовала за мужем в его кабинет.

Глава 31. Июньский день. Аудиокнига "Диана" Susan Warner 1877
Перевела и озвучила книгу Галина Гура

Миссис Старлинг колебалась, когда Диана предложила свой план, но сказала, что подумает. Когда же она начала размышлять об этом, предложение оказалось заманчивым. Иметь внучку в доме рядом с собой! Быть может, смутно думая о том, чтобы как-нибудь загладить перед дочерью свою вину… Во всяком случае, снова слышать в доме голоса, видеть жизнь, а не гнетущую тишину, голоса людей, принадлежащих её крови. Миссис Старлинг пришла к выводу, что не может отказаться от этой мысли. Затем она нашла возражение, что дом для них слишком маленький.
Священник сказал, что пристроит ещё пару комнат для себя и для Дианы, а старая её комната может служить детской.
- Кому нужна детская? Возмутилась миссис Старлинг. В её представлении детская комната - это целый дом на открытом воздухе. Священник рассмеялся и сказал, что это не его идея, и миссис Старлинг была рада оставить этот вопрос без внимания. Она была человеком, хотя и нехорошей женщиной, и предложение Дианы вернуться к ней тронуло её сердце и совесть. Она никогда не позволила бы признаться в этом даже себе. Где-то в глубине души, вне поля зрения, она сознавала, что была очень одинока и это было правдой. Так она без всяких возражений позволила священнику, относительно строительства, поступать по-своему.
Плотники сразу же принялись за работу, а дома, в течение нескольких месяцев Диана спокойно готовилась к переезду. Она погрузилась в работу, насколько могла, чтобы отвлечь мысли и успокоить нервы. Постоянно, ежедневно и каждую ночь перед ней возникал образ Ивана и возможность того, что он в любой момент может появиться. Все предосторожности были бесполезны, если бы он решил разыскать её, Диана не могла избежать встречи с ним, разве только уехать из Плезант Валей, а это было невозможно. Придёт ли он? Она смотрела на этот вопрос со всех возможных сторон, и у неё складывалось впечатление, что он придёт.

Глава 30. Солнечный свет. Аудиокнига "Диана" Susan Warner 1877
Перевела и озвучила книгу Галина Гура

Спустя несколько дней, вернувшись вечером домой, священник принёс весточку для жены.
- Диана, матушка Бартлетт уходит домой и хотела бы видеть тебя.
- Домой? Ты имеешь в виду, что она умирает?
- Она не имеет это в виду. Для неё, это переход в жизнь.
- Но в чём дело?
- Помнишь, у неё был тяжёлый грипп. Я думаю, что лечение было хуже, чем болезнь; и под воздействием обоих она, кажется, сдалась. Она спокойно уходит.
- Я утром пойду к ней.
На следующий день, ранним утром Басил отвёз жену и оставил её возле коттеджа. Диане почему-то показалось, что это был точно такой же чудесный день, как тот, когда она впервые увидела Ивана, он тогда запряг Принца, и они вместе ехали по этой самой дороге. Возможно, скоро Иван снова поедет туда, только без неё, как она едет сейчас без него. Больше никогда вместе, никогда! И что это за жизнь для каждого из них в отдельности? Диана вошла в домик, словно во сне.

Глава 29. Муж и жена. Аудиокнига "Диана" Susan Warner 1877
Перевела и озвучила книгу Галина Гура

Разве у неё не было доброго слова для Ивана? Диане казалось, что в сердце её вот-вот порвётся какая-то ниточка и оно навсегда перестанет биться. Нет доброго слова для Ивана? Для её возлюбленного, преданного, драгоценного, к которому стремилась вся полнота её любящего сердца, и она не могла послать ему ни одного доброго слова? Он не знал, что она была верна ему, а он до сих пор остаётся верен ей. Может быть, он не знает и то, что её сердце разбито так же, как и его? Только оно продолжало биться. Она умерла, но без прекращения сознания. Почему не сказать ему хотя бы слово, что она всё ещё любит его и будет любить всегда? Правда и долг, верность мужу, за которого она по ошибке вышла замуж. О, почему подобные ошибки не могут быть исправлены? Но их невозможно исправить, никогда! Она была обречена умереть живой смертью.
Невозможно сказать, что Диана колебалась в своём решении; но этот час смятения никогда не вспоминался без содрогания. Она держала младенца на руках, но материнские инстинкты на время были поглощены бурными страстями женщины. Она заботилась о нём и нянчила, нежно, как всегда, но механически, автоматически, не находя утешения и облегчения в своём сладостном долге. Это был рёв бури и вой искушения, который заглушил все остальные голоса в её сердце. Но тут возникли практические вопросы, которые необходимо было решить. Миссис Реверди и её семья в Елмфилде, нет гарантии, что Иван не получит увольнительную и не приедет. Слова миссис Реверди, казалось, имели какой-то скрытый замысел, о котором она не сказала. Это не была просто бесцельная болтовня или озорство сплетницы. Предположим Иван приедет, а что потом?
Малышка уснула, мать положила её в кроватку, и стояла одна у окна, страдая от боли. От её натиска она чувствовала себя беспомощной, как никогда раньше. Издали надвигалась опасность, грозя кромешной тьмой; с той стороны мог вырваться шквальный вихрь, а как она сможет в нём устоять? Из сердца вырывался немой крик: "Господи, помоги»! Диана едва могла молиться в эту минуту, росло сознание, что ей нужно человеческое участие. – «Расскажи Басилу» - прозвучал тихий шёпот сердца. Она всегда избегала этой мысли, считая её бесполезной; теперь же была вынуждена ухватиться за неё. Он должен знать всё. Возможно тогда он сможет подсказать ей, что делать.

Глава 28. Сестра Ивана. Аудиокнига "Диана" Susan Warner 1877
Перевела и озвучила книгу Галина Гура

Постепенно к Диане вернулись силы, и она мало-помалу заняла своё прежнее место в доме. По мнению мисс Коллинс, она была как обычно. Басил чувствовал, что она другая.
Диана старалась выполнять свои обязанности со всей тщательностью и усердием, на которые была способна. Она ничем не пренебрегала. Одежда Басила содержалась в идеальном порядке, постель аккуратно застелена, за едой она присматривала со всевозможным вниманием, стараясь приготовить любимые им блюда. Диана нисколько не теряла головы и не сидела в задумчивости, когда было чем заняться. Она никогда не сидела в задумчивости, разве что изредка. И все же на сердце у её мужа было очень тяжело от тяжести, которая лежала на ней, да и на нём тоже.
В уголках милых губ Дианы появились морщинки, которые говорили ему, и никому другому, что она превращается в камень, и свет её глаз был как бы обращён внутрь себя. Её ум постоянно пребывал в другой сфере, вдали от него, витал в какой-то отдалённой области. Физически она присутствовала в доме, но не духовно, а кого интересует тело без души? Всё это время между ними не было доверия. Басил конечно же знал все обстоятельства дела, но Диана не знала, что он знает. Он хотел, чтобы она заговорила, но теперь ему казалось, что она никогда не заговорит, и он не мог её заставить. Он тоже должен был нести свою часть, и не смотря на печаль, испытывал к ней искреннюю нежность. Иногда казалось, что сердце его разорвётся. Но сердце Дианы было уже разбито.
Было ли это утешением или нет, но в конце весны у них родилась малышка. Диана, во всяком случае, была настоящей женщиной, и с полным сердцем погрузилась в материнские обязанности. Она прониклась материнской радостью и достоинством. Это было что-то прекрасное, что вошло в её жизнь, что касалось её самой; и ни одна молодая мать никогда не касалась с большей нежностью маленького розового комочка, вверенного ей. Ни одна мать никогда не смотрела так пристально на своё чудесное новое сокровище. Но маленькое существо не сняло бремени с сердца Дианы.

Глава 27. Узы. Аудиокнига "Диана" Susan Warner 1877
Перевела и озвучила книгу Галина Гура

Диане стало хуже. Несколько дней такой психической нагрузки, которую она перенесла в первые двадцать четыре часа, были слишком долгими даже для её идеального здоровья. У неё началась слабая лихорадка, которая временами угрожала стать сильной. Она часто бредила, и Басил слышал достаточно её бессознательных признаний, чтобы полностью овладеть ситуацией. Некоторые моменты Диана рассказывала очень подробно. Он узнал, что иногда она прогуливается с Иваном, прощалась с ним; возможно, советовалась с ним и строила планы на жизнь. Затем, удивлялась его молчанию, размышляла о путях сообщения и расстояниях, прослеживала его письма из почтового отделения, которые попали не в те руки. Когда Диана доходила до этого момента, она вдруг начинала кричать: «О, мама, мама, мама!» Она повторяла это слово с таким жалобным отчаянием, что у того, кто его слышал, разрывалось сердце.
Но слышал это только он один. Пока она была в таком состоянии, Басил отдавался единственной задаче, присматривать за женой и ухаживать за ней. Среди множества страданий сердца, известных людям в этом мире, то, что он испытал в эти недели, было утончённой горечью. Он узнал, как было всё с самого начала и во что оно превратилось. Он понял, что скрывалось под терпеливым спокойствием Дианы.
Иногда он слышал её жалобные стоны, произносящие другое имя, они сменялись страстными криками о том, чтобы обладатель этого имени пришёл и освободил её. Другой раз, она показывала, отвращение, с которым она смотрела на него самого. «О, только не этот человек»! – однажды ночью простонала она, когда он сидел рядом и надеялся, что она успокоится. – О, не этот человек! Это была ошибка! Это всё была ошибка! Люди на почтовом отделении должны быть более ответственными. Скажите Ивану, что я не знала, но я приду к нему теперь, как только смогу.

Глава 26. Всё открылось. Аудиокнига "Диана" Susan Warner 1877
Перевела и озвучила книгу Галина Гура

Нарушительница покоя мирно проспала до утра. Больше никто не спал. Правда, Диана не бодрствовала; она была в той бессознательной стадии страданий, когда на ум приходит что-то вроде оцепенения; время от времени она проваливалась в тревожный сон. Природа иногда претендует на такую привилегию. Басил бодрствовал всю ночь… бодрствовал и молился. В его мыслях не было оцепенения; он полностью, хотя и смутно, осознавал великое зло, которое постигло их обоих. После долгого размышления он был очень близок к истине. Сложив намёки мисс Коллинс, прежние признания Дианы и её нынешнее состояние, воедино, он яснее, чем хотел бы, увидел вероятное положение дел. И все же он был рад это видеть; если когда-нибудь придёт помощь или улучшение, желательно, чтобы его видение было правильным, а его мудрость имела, по крайней мере, твёрдое основание, чтобы действовать. Но какое действие можно предпринять в этом случае? Самое сложное, с чем может столкнуться человек. Всю ночь Басил то ходил по комнате, то опускался на колени возле стола в кабинете, то у открытого окна, где, казалось, читал признаки того невидимого сочувствия, которое искал. Воздух был немного морозным, но очень тихим. Басил поддерживал огонь в камине, он не был одним из тех священников, которые живут в постоянном страхе перед сквозняками; ему было приятно сегодня смотреть вдаль от земли, хотя он и не мог заглянуть в небо.

Звёзды, в их вечном спокойствии, были для него свидетелями. «Он всех их называет по имени: по множеству могущества и великой силе у Него ничто не выбывает. Как же говоришь ты, Иаков, и высказываешь, Израиль: "путь мой сокрыт от Господа, и дело моё забыто у Бога моего"?» И в ответ на невысказанный крик мольбы, который вырвался, когда он опустился на колени у окна: «Господи, сила моя и крепость моя, и прибежище моё в день скорби!» пришло непоколебимое обещание: «Горы сдвинутся и холмы поколеблются, - а милость Моя не отступит от тебя, и завет мира Моего не поколеблется, говорит милующий тебя Господь».

У священника была такая же ночь, как у Иакова перед его встречей с Исавом, с той лишь разницей, что на следующее утро он не хромал. Перед рассветом, когда звезды уже начали гаснуть, Басил бросился на кушетку в своём кабинете и заснул таким глубоким и спокойным сном, каким спал обычно. Когда же через несколько часов он встал, то был уже совершенно отдохнувшим, свежим, и готовым к своим обязанностям. Ни в тот день, ни после никто не мог заметить в нем ни малейшего изменения по сравнению с тем, каким он был раньше.

Глава 25. Работа мисс Коллинс. Аудиокнига "Диана" Susan Warner 1877
Перевела и озвучила книгу Галина Гура

Диана с головой погрузилась в новые занятия. Она была совершенно серьёзна в данном обещании, которое прозвучало в конце последнего разговора; но взяться за работу - это одно, а выполнить её - совсем другое; и Диана не сразу увидела свет. В то же время, давление уз её нового существования могло быть переносимо, только забывшись в интенсивном занятии. Её муж хотел, чтобы она училась многим вещам, ради себя и ради неё самой. Он желал этого, зная, что её образование было чрезвычайно односторонним и несовершенным. Он хотел, чтобы для неё были открыты все источники роста и удовольствия. Он так же жаждал полного общения со своей женой в своей собственной жизни и в служении. Поэтому он забрал из её рук сковородки и котелки, и заменил их словарями и философией. С её стороны, помимо негативного побуждения забыть свои проблемы в книгах, умственная природа Дианы была слишком здоровой и богатой, чтобы не принять новые семена, брошенные в почву. Она уже много знала от личного чтения и размышлений, чтобы быть готовой к шагу в более широкую сферу, которую ей предлагали и в которой его рука готова была поддержать её, и помочь идти дальше. Сознание пробуждающейся силы и расширения границ её мира тянуло её вперёд.

Иногда она находилась в кабинете Басила, где он устроил для неё местечко, временами внизу, в своей собственной маленькой гостиной. Диана сидела над книгами и листала страницы словарей. Она на ощупь пробиралась по лабиринтам латыни, или удивлялась и трепетала от красоты греческих слов Нового Завета, когда муж объяснял ей их значение. Она записывала вопросы, писала рефераты, погружалась в глубины философских размышлений. Затем Диана начала изучать французский язык и очень скоро стала наслаждаться прекрасным собранием французских классиков, которые заполняли определённые полки в их библиотеке.

Помимо всех вышеперечисленных мотивов, которые подстёгивали и стимулировали её рвение к учёбе, существовала ещё одна очень тонкая глубинная причина, имевшая немалое отношение к её неослабевающей энергии в погоне за своими целями. Даже, можно сказать две. Диана искренне желала угодить своему мужу и ради него стать, насколько позволяло воспитание, подходящей для него спутницей. Это она знала. Но она едва ли понимала, что за всем этим и даже сильнее всего было желание стать достойной другого мужчины, спутником которого она теперь никогда не будет. Неуловимое, как многие из наших пружин действия, неосознанное, оно вело её с непрекращающимся импульсом. Быть такой женщиной, какой Иван гордился бы; такой, какую он хотел бы иметь везде рядом с собой; такой, которую он мог бы не боясь представить в любом обществе. Диана стремилась к этому, хотя Иван никогда не узнает об этом, и это его нисколько не волновало. И так как время от времени она чувствовала, что приближается к своей цели, к тому, кем она хотела быть, Диана радовалась тайной радостью, которая не была ни любовью к знаниям, ни гордостью личного честолюбия, ни долгом любящей жены. Она просто не подозревала этого; если бы распознала, то, вне сомнения, попыталась бы изгнать.
Однажды после обеда она сидела в кабинете за столом у окна, где занималась, но сейчас была свободна. Окно было распахнуто, в комнату вливался тёплый летний воздух, и над холмами и равниной сияло вечернее солнце. Диана смотрела за окно, в то время как мысли её блуждали. Внезапно она насторожилась, её собственные мысли поразили её.

Глава 24. Жена священника. Аудиокнига "Диана" Susan Warner 1877
Перевела и озвучила книгу Галина Гура

Диана с головой погрузилась в новые занятия. Она была совершенно серьёзна в данном обещании, которое прозвучало в конце последнего разговора; но взяться за работу - это одно, а выполнить её - совсем другое; и Диана не сразу увидела свет. В то же время, давление уз её нового существования могло быть переносимо, только забывшись в интенсивном занятии. Её муж хотел, чтобы она училась многим вещам, ради себя и ради неё самой. Он желал этого, зная, что её образование было чрезвычайно односторонним и несовершенным. Он хотел, чтобы для неё были открыты все источники роста и удовольствия. Он так же жаждал полного общения со своей женой в своей собственной жизни и в служении. Поэтому он забрал из её рук сковородки и котелки, и заменил их словарями и философией. С её стороны, помимо негативного побуждения забыть свои проблемы в книгах, умственная природа Дианы была слишком здоровой и богатой, чтобы не принять новые семена, брошенные в почву. Она уже много знала от личного чтения и размышлений, чтобы быть готовой к шагу в более широкую сферу, которую ей предлагали и в которой его рука готова была поддержать её, и помочь идти дальше. Сознание пробуждающейся силы и расширения границ её мира тянуло её вперёд.

Иногда она находилась в кабинете Басила, где он устроил для неё местечко, временами внизу, в своей собственной маленькой гостиной. Диана сидела над книгами и листала страницы словарей. Она на ощупь пробиралась по лабиринтам латыни, или удивлялась и трепетала от красоты греческих слов Нового Завета, когда муж объяснял ей их значение. Она записывала вопросы, писала рефераты, погружалась в глубины философских размышлений. Затем Диана начала изучать французский язык и очень скоро стала наслаждаться прекрасным собранием французских классиков, которые заполняли определённые полки в их библиотеке.

Помимо всех вышеперечисленных мотивов, которые подстёгивали и стимулировали её рвение к учёбе, существовала ещё одна очень тонкая глубинная причина, имевшая немалое отношение к её неослабевающей энергии в погоне за своими целями. Даже, можно сказать две. Диана искренне желала угодить своему мужу и ради него стать, насколько позволяло воспитание, подходящей для него спутницей. Это она знала. Но она едва ли понимала, что за всем этим и даже сильнее всего было желание стать достойной другого мужчины, спутником которого она теперь никогда не будет. Неуловимое, как многие из наших пружин действия, неосознанное, оно вело её с непрекращающимся импульсом. Быть такой женщиной, какой Иван гордился бы; такой, какую он хотел бы иметь везде рядом с собой; такой, которую он мог бы не боясь представить в любом обществе. Диана стремилась к этому, хотя Иван никогда не узнает об этом, и это его нисколько не волновало. И так как время от времени она чувствовала, что приближается к своей цели, к тому, кем она хотела быть, Диана радовалась тайной радостью, которая не была ни любовью к знаниям, ни гордостью личного честолюбия, ни долгом любящей жены. Она просто не подозревала этого; если бы распознала, то, вне сомнения, попыталась бы изгнать.
Однажды после обеда она сидела в кабинете за столом у окна, где занималась, но сейчас была свободна. Окно было распахнуто, в комнату вливался тёплый летний воздух, и над холмами и равниной сияло вечернее солнце. Диана смотрела за окно, в то время как мысли её блуждали. Внезапно она насторожилась, её собственные мысли поразили её.

Глава 23. Ужин дома. Аудиокнига "Диана" Susan Warner 1877
Перевела и озвучила книгу Галина Гура

Окна всё ещё были открыты, и сумеречный воздух снаружи был полон прохладной свежести. В широком камине священник развёл огонь, на плите стоял маленький голубой чайник, в котором он как раз заваривал чай. Это был такой красивый и весёлый домашний уют, который любая невеста хотела бы видеть в первый вечер в своём новом доме. Диана знала это и видела эффект, который, возможно, только усиливался от сознания, что она хотела бы оказаться за пятьсот миль отсюда. Она понятия не имела, какое впечатление производила эта картина на мужа, и что венчало всё её собственное прекрасное, нежное присутствие. Мисс Коллинс подала приготовленные блюда и оставила молодожёнов одних.