Егор Станиславович

В конце лета русские люди следили с гневом и возмущением за похождениями казахского блогера Куата Ахметова и его «языкового патруля». Не меньший скандал спровоцировали и события в Киргизии, где русских женщин и детей били за то, что они русские и православные. Среднеазиатский тренд на русофобию в СНГ набирает обороты, а его противники, как например казахский правозащитник Ермек Тайчибеков, преследуются властями и получают тюремные сроки.

А тем временем в Карелии чиновники проводят "табличечную политику", дублируя названия улиц на местный диалект и по сути придумывая ему письменность на основе латиницы.

Это сепаратизм, госизмена или продолжение советской национальной политики? Объяснит и расскажет Егор Станиславович.

«И до чего же приятно, будто бы я в Африке на львов поохотился», — это Гумилёв о том, как сразил публику на вечере поэзии для моряков Балтийского флота. Красных моряков. Тех, что против монархии до последнего вздоха и за революцию всем сердцем. Им он и прочёл стихи про государя. Постепенно Гумилёва стали воспринимать как главного неэмигрировавшего антисоветчика в русской литературе, но — и это важно — политических стихов он не писал. За что же так ненавидели его большевики? Почему расстреляли? Поэт мужества и чести, он отчаянно противостоял крушению мира и стоял на пути советской власти. Егор Станиславович верит, что Гумилёв — и сегодня поэт сопротивления, но на этот раз — всему мировому безумию.

В русской поэзии предреволюционных десятилетий всё проникнуто политикой — от прямых агиток вроде «Наш царь — Цусима» Бальмонта до изделий более тонких, как «Девушка пела в церковном хоре» Блока. После событий 1905 года многим казалось, что революция подавлена, а её мерзость и кровь оттолкнули наиболее разумную часть интеллигенции. Но, увы, Россия только начала погружаться в тёмные времена. В этом водовороте истории поэты меняли свои идеалы, но только не Гумилёв. Лидеры акмеизма — Ахматова, Мандельштам и сам Гумилёв — не признали право большевиков именоваться Россией. Сегодня Егор Станиславович расшифровывает скрытые смыслы гениального стихотворения «Заблудившийся трамвай», созданного Гумилёвым в мире, где революция перевернула всё с ног на голову. И говорит о Слове, которым поэт надеялся сокрушить большевиков. Но финал этой истории все мы знаем…

Воин и охотник, десятки раз рисковавший жизнью, да к тому же разведчик на тайной службе русского генерального штаба. Экспедиции Гумилёва в Африку вызвали немало слухов, но Егор Станиславович объяснит, зачем поэт Серебряного века изучал Эфиопию и почему сравнение с Киплингом — это глупость. Гумилёв показывал драму эфиопской истории, когда страна христианских поэтов и богословов превратилась в воинственную суровую империю. Бог Джа, идеалы монархии, Первая мировая война и носороги. И ведь всё это связано в мире Гумилёва. Как? Егор Станиславович расскажет.

Любовь к русской имперской старине и страсть к экзотике Востока и дальним странствиям — всё сошлось в мире Гумилёва. Поэт блестяще определил сущность русской культуры как сочетание славянского ощущения равенства всех людей и византийского сознания иерархичности при мысли о Боге. И тут революция. Всё рушится. Гумилёв не отказывается от того, что лежит в основе его мироощущения. Ценности символистов, мрачный мистицизм, музыка революции — нет! Гумилёв идёт всем наперекор, обращаясь к идеалам монархии, говоря о конкретном и постижимом и отрицая идеалы символистов. Путь конквистадора, судьбоносная встреча с Ахматовой и ясность акмеизма — в новой лекции Егора Станиславовича.

«Один из самых независимых, изящных, вольных и гордых людей», — так отзывались о Гумилёве современники. Он был удивительным явлением для своей эпохи: последовательный монархист, приверженец церковного православия, патриот, без колебаний ушедший на фронт добровольцем. Свой путь он выбрал и в литературе, не соглашаясь на призрачность символизма. Заговоры, в которых не участвовал, Бог, к которому стремился, и большевики, которым бросил вызов. Егор Станиславович сегодня читает стихи и восстанавливает шаг за шагом трагическую биографию поэта, которая оборвётся в день расстрела.

Катастрофическая безграмотность и тотальная бедность населения, вражда этносов и страсть к войне — всё это Афганистан. Оставленный американцами Кабул выглядит как декорации к фильму про апокалипсис. А безбашенные талибы тем временем развлекаются в парке аттракционов. Мир замер в ожидании потока беженцев, среди которых могут быть и террористы. Кстати, именно афганцы составили большинство «сирийцев», заполнивших Европу в 2015 году. Афганистан пережил вывод советских войск, и теперь уходят американские. Но почему так стремительно? Почему «Талибан»* обречён на экспансию? И чем всё это грозит миру, в частности России? Егор Станиславович объяснит всё кратко и понятно.

* «Талибан» — запрещённая в России террористическая организация.

Заслуженный учитель России Тамара Эйдельман, рассуждая о чувстве законности и собственности в России, серьёзно ошиблась: важная часть России на самом деле входила в состав Римской империи. «Садитесь, два». Увы, главное событие в истории России Тамаре Эйдельман придётся искать другое. 

Что делали римляне в Херсонесе и Гурзуфе? 

При чём здесь создатель Кодекса гражданского права Юстиниан и князь Владимир, креститель Руси?

«Две тысячи лет — война. Война без особых причин…» — о каком городе пел Цой? Всё знает Егор Станиславович.

Как же печально, что нас сотни лет назад не завоевали римляне — вот почему нет у нас представления о законности и собственности. Тамара Эйдельман, конечно, погорячилась в своём интервью и ляпнула глупость. Романтизируя римлян, приписала им великие заслуги, и логика получилась такая: пришли на территорию легаты, разбили лагерь, и было всем счастье и правовое общество. Егор Станиславович открывает карту и спокойно объясняет, кого римляне завоевали и что из этого вышло. Кстати, любопытно: те, кого эта участь не коснулась, вполне неплохо живут: вот Швеция, например. Адольф Гитлер, смердяковщина и шпионаж — Егор Холмогоров бросает вызов Тамаре Эйдельман.

Продолжаем разоблачение Владимира Зеленского, сегодня — с помощью Богдана Хмельницкого. Он, кстати, вовсе не говорил о воссоединении Украины с Россией, это выдумка советских историков. Микра Россия и Малая Русь, украинные земли, Речь Посполитая и угроза православию. Егор Станиславович всё расставит по местам.