Мои Тараканы

В новом выпуске Полина рассказывает свою историю — о том, как тревожность переросла в ипохондрию и постоянную внутреннюю борьбу. Когда всё внимание уходит только на себя и свои симптомы, и на остальное просто не остаётся сил: ни на отношения, ни на радость, ни на перспективу.

Мы поговорили про:

— страх онкологии и телесные загоны

— навязчивые мысли, слёзы и «качели» настроения

— как невроз разрушает отношения и самооценку

— и про границы: как сказать себе и другим «так со мной нельзя»

Полина — один из тех клиентов, кто пошёл в комплексную работу: и терапия, и поддержка препаратами. И результат за 5 месяцев — огромный. А знаете, почему у многих тянется годами?

Потому что:

1️⃣ Одни пьют таблетки, но не работают с внутренним — и причина остаётся.

2️⃣ Другие боятся медикаментов и буксуют в терапии, потому что психика перегружена.

Многие боятся пойти к психотерапевту, но терапия — это не признание поражения. Это точка, с которой начинается настоящая опора на себя. Поэтому необязательно доходить до предела, чтобы начать менять. Если все равно придется идти (а при таких симптомах 💯придется) , почему мы бы не начать пораньше?)

📌 В телесной терапии, кстати, боли в теле — это часто застрявшие эмоции. У Полины основное напряжение в животе. А это про страх, уязвимость, нехватку чувства безопасности (и в конце Полина сама сказала, что у нее вытеснен именно страх).

Просто послушайте выпуск. Я могу про невроз говорить много, но все равно много людей выбирают терпеть. Возможно, слова живого клиента замотивируют вас больше. Ведь суть не в том, чтобы прийти ко мне, а чтобы признать свое состояние проблемой, которая заслуживает решения.

✨ разделить эмоции

✨ обесценивание и придирки

✨ отсутствие конструктивного диалога

✨ нехватка близости, тепла и общения

Ева (гость подкаста) отметила, что в таких отношениях, несмотря на осознание, что «так быть не должно», они всё равно продолжаются. Казалось бы, понятно, что отношения не клеятся, но расставание не наступает. 

И в этом отличие от обычных историй, где партнёры просто расходятся. Здесь никто не уходит и не строит новые отношения. Да, бывают моменты разрыва, но чаще всего всё возвращается на круги своя.

«Я как личность подавлена, и несмотря на кучу изученной литературы по отношениям, мне не помогли теоретические советы». 

В таких отношениях чувство бесполезности и зависимость от маленьких хороших моментов присутствуют каждый день: «За маленькое хорошо ты, как щенок одинокий, готов бежать за хозяином».

Желание быть послушной, угодить, стремление заслужить внимание закладывается тогда, когда ребёнок не получает достаточно тепла и внимания еще в детстве. И уже во взрослом возрасте мы можем воспроизводить такой же сценарий взаимодействия. 

И да, может растить детей с ярким характером сложнее, зато им в жизни проще говорить “нет” и отстаивать свои границы.

«Я так привыкла запихивать свои чувства, что это стало образом жизни» - такое растворение в партнёре приводит к тому, что плохое настроение другого становится твоим, а радости больше не чувствуются. Это истощает, отражается даже на теле: головные боли, скачки давления, постоянное напряжение.

Выход из таких отношений особенно сложен, когда абьюз тихий, без явных признаков насилия. Нет ударов, пьянства, но есть газлайтинг, медленное подтачивание самооценки, когда уже не понимаешь — это правда так или ты всё преувеличиваешь.

И самое сложное — преодолеть страх одиночества. Он настолько сильный, что даже материальная и физическая самостоятельность не убеждают в том, что можно вырваться. Особенно если добавить сверхэмоциональность и терпеливый характер.

❗️Не существует формулы, которая помогла бы наладить такие отношения. Сколько бы вы ни пытались понять, почему так, не стоит. Оно просто так. И это стоит принять как факт.

Близкие и друзья часто чувствуют, что что-то не так. Когда кому-то одному не нравится человек — это дело вкуса. Но если все вокруг говорят, что он постоянно недоволен, никто не хочет с ним встречаться, может быть, даже вы стали меньше общаться, чтобы не портить отношения, — стоит задуматься.

В конце подкаста Ева делится посланием для всех, кто сталкивался с такими ситуациями. А я хочу еще раз добавить. Помните, вы не одни! И самый первый шаг — это найти окружение, где можно почувствовать поддержку и понять: с вами всё в порядке. А это правда так. Вы такая, какой и должны быть ❤️

В этом выпуске я разговариваю с 15-летней Кирой. Несмотря на возраст, это не детский разговор — Кира говорит о себе, своих чувствах и переживаниях с удивительной точностью. Иногда — даже с большей, чем взрослые в терапии.

Мы затронули непростые темы: абьюз со стороны отца, последствия, к которым он привёл, — тревожность, невроз, селфхарм.

Изначально я хотела рассказать больше именно о неврозе как явлении — о том, что он собой представляет, почему это не диагноз, а состояние, и какие симптомы в него входят. Но получился совсем другой подкаст. Не столько про проявления, сколько про глубинные причины — и про то, что происходит с человеком, когда боль оказывается слишком долго непризнанной.

📌 В разговоре мы затрагиваем то, что часто стоит за такими состояниями: тревожные расстройства, ПТСР, СДВГ, ОКР, истерическое поведение, эмоциональное выгорание. Всё это — попытка психики справиться, сигнал о том, что человеку тяжело.

"Невроз — это не болезнь, а состояние, где организм уже не шепчет, а кричит: «мне плохо»".

Многие при слове “абьюз” представляют отношения в паре. Но то же самое может происходить в семье, между родителем и ребёнком. Эмоциональные качели, манипуляции, чувство вины, невозможность оценить ситуацию трезво и выйти из неё — всё это не про «слабость» ребёнка, а про то, как устроена психика. Разрывать такие связи сложно не только тому, кто в них страдает, но и тому, кто причиняет боль — потому что терять контроль для него невыгодно.

Этот эпизод будет особенно полезен родителям. Я уже записывала выпуск с другой девочкой, у которой тоже был опыт селфхарма. И если вы послушаете оба, сможете почувствовать, как сильно на восстановление влияет реакция мамы: поддержка или упрёки, принятие или страх.

Если вы замечаете у себя или у близких панические состояния, навязчивые мысли, потерю контакта с собой, разные формы самоповреждений — от порезов до привычки вырывать волосы или кусать ногти — это может быть сигналом. Часто такие симптомы кажутся «перебором», но на самом деле это способы хоть как-то выразить накопившееся напряжение. И тут уже важно не справляться в одиночку, а искать поддержки.

И в завершение хочется сказать: даже если ваши дети не говорят «спасибо», они видят, что вы рядом. И вы сами — тоже чьи-то дети. Не забывайте говорить тёплые слова тем, кто рядом с вами, если это возможно. Нам всем важно быть услышанными ❤️

Этот выпуск — не столько о диагнозе, сколько о тех, кто оказывается рядом.

Моя гостья — мама взрослого сына с биполярным расстройством. Мы говорили о том, что чувствует родитель, когда диагноз ставят не тебе, но всё — страх, боль, растерянность, выгорание — проходит через тебя тоже.

Она честно говорит: “Я никак не приняла диагноз. Для меня это была просто болезнь — как воспаление лёгких, как что-то временное. Я думала: пропьёт таблетки — и всё пройдёт”.

Это стадия, через которую проходят многие. Когда не хочется верить, что всё всерьёз и надолго. Когда даже близкие надеются, что это случайность, которая больше не повторится. Это отрицание — естественная реакция. Но именно оно часто становится преградой: мешает говорить об этом вслух, обращаться за помощью, принимать лечение.

Семья долго искала специалиста. Было важно, чтобы у психолога было медицинское образование — чтобы он мог работать не только с личностью, но и с диагнозом. С реальностью, в которой теперь живёт семья.

Да, у нас есть государственные учреждения, где можно получить помощь бесплатно. Но часто даже обычный приём вызывает напряжение — из-за воспоминаний, атмосферы, внутреннего сопротивления. Всё это делает такие походы эмоционально непростыми.

“Меня это всё учит просто жить. Легко сказать, но не легко сделать”.

Когда в жизни появляется диагноз, у родных часто возникает вопрос: «почему?»

Почему с нами? Почему сейчас? Почему он/она? Но чаще всего ответа нет. И всё, что остаётся, — проходить этот путь шаг за шагом, учиться новому, меняться, адаптироваться.

Мы много говорили о родительстве. О том, что забота — это не только помощь, но и границы. О том, как важно отпускать ребёнка в его собственный опыт. Не держать в тревоге. Не вкладывать в него свои ожидания, мечты и то, что не удалось реализовать самому.

“Надо быть рады тому, что этот ребёнок просто есть. Не потому что он получил десятку или диплом. Просто — за то, что он есть”.

Эти слова — про безусловную любовь. Про принятие. Потому что именно мы, родители, часто невольно формируем в детях неуверенность, перфекционизм, желание всё время доказывать, что с ними всё в порядке.

“Не смотрите на детей со страхом”. Это, наверное, самое важное. Ещё с детства ребёнок считывает нашу реакцию. Если он видит в глазах тревогу, он начинает сомневаться в себе. Это ощущение остаётся даже во взрослом возрасте.

Я сама, как родитель, знаю, как сложно бывает всё «сделать правильно». Но, может быть, и не нужно «правильно». Иногда достаточно просто быть рядом. Видеть. Слышать. Принимать и любить — без условий.

Мания — это не просто “хорошее настроение” или вдохновение. Это состояние, в котором тело почти не нуждается в сне, появляется стремительное мышление, идеи приходят с бешеной скоростью, кажется, что всё имеет смысл, и хочется быть в контакте с миром — активным, ярким, энергичным. Часто при этом человек не ощущает, что что-то идёт не так, потому что всё кажется удивительно живым и насыщенным.

Депрессия — это обратный полюс. Тяжесть, потеря смысла, отсутствие энергии даже на самые простые действия. И всё, что было “гениальным” и насыщенным до этого, вдруг обесценивается, вызывает стыд, ощущение провала.

Очень важно отличать БАР от обычных перепадов настроения. Мы все бываем то в ресурсе, то в спаде. Но при БАР эмоциональные фазы не зависят напрямую от внешних событий, они затягиваются на недели, а порой и месяцы, и сказываются на повседневной жизни — срывами в работе, в отношениях, в самовосприятии.

То, как показывают БАР в кино — часто крайности. Блестящие гении, за секунду меняющие мир, или опасные, непредсказуемые персонажи. В реальности всё тоньше. Иногда эпизод начинается почти незаметно. Как рассказывает наш гость Дмитрий, всё может начаться с бессонницы и внезапного интереса к общению, хотя до этого ты был замкнут. И при этом — ещё сохраняется критичность, понимание, что “что-то не так”. Но остановиться бывает уже трудно.

Что касается причин появления БАР — здесь нет одной универсальной формулы. Это не «человек просто не справился» и не результат одного события. Биполярное расстройство — это сочетание биологических, психологических и средовых факторов.

Есть генетическая предрасположенность: если в семье уже были случаи аффективных расстройств, риск может быть выше. Но это не означает, что болезнь обязательно проявится.

Пусковыми моментами часто становятся стресс, перегрузка, отсутствие сна, сильные эмоциональные потрясения или даже, наоборот, периоды резкого успеха и внешнего подъёма. Бывает, что человек долгое время живёт «на пределе», не замечая, как постепенно копится внутреннее напряжение — и в какой-то момент система даёт сбой.

Важно понимать: никто не «виноват» в том, что с ним это происходит. Ни сам человек, ни его родители, ни окружение. Это не про слабость, не про избалованность, не про характер. Это про то, как работает нервная система и как на неё влияет жизненный опыт, наследственность и среда.

Отношения с близкими — одна из самых сложных тем. Особенно, когда речь о родителях. После первого эпизода в семье неизбежно появляется страх: “А вдруг опять?” Мама, которая безмерно любит, начинает жить настороже. Её тревога может выражаться в заботе, но и в контроле, в вопросах, в наблюдении за малейшими изменениями настроения. А ты — уже взрослый, и вроде хочешь независимости, но чувствуешь: за тобой следят. Это больно обоим. И мама в этом не виновата — она напугана. Но и ты не должен жить под постоянным наблюдением, чтобы доказывать, что с тобой всё “в порядке”.

Этот эпизод — про сам диагноз, про его нюансы и реальность, отличную от образов в фильмах. И ещё — про опыт. Про то, как БАР может проявляться незаметно. Как важно не пропустить. И как можно жить с этим — не в страхе, а в осознанности.

Иногда жизнь рушится неожиданно. Ты вроде бы взрослый человек, знаешь, как справляться, но в какой-то момент оказывается — нет, не знаешь. Внутри всё разваливается, а снаружи — нужно продолжать жить. Для нашей героини таким моментом стал развод. Он стал не просто окончанием отношений, а триггером — тем самым стрессом, за которым пришёл тяжелый внутренний кризис.

Когда уходит человек, на которого ты опирался, рушится не только быт — теряется ощущение безопасности. И тут становится особенно важно: опора должна быть внутри. Мы все имеем право полагаться на близких, это нормально — но никто не может гарантировать, что всегда будет рядом. Не из недоверия, а из зрелости стоит помнить: опираться на кого-то — да, но выжить — самому.

С такими состояниями сталкиваются далеко не все. Многие вообще не понимают, что происходит, когда тело и психика «вылетают» из привычного ритма. Начинаются поиски: к кому пойти, что это вообще? И часто путь к реальной помощи лежит через десятки специалистов, потому что в обществе до сих пор мало понимания психических реакций на стресс.

«Я не понимала, что со мной. Какое я пережила состояние. Как мне из этого выходить. И как теперь с этим жить».

Психика — сложная и тонкая система. Когда она дает сбой — будь то паническая атака, боли, страхи, потеря контакта с реальностью — это не «глюк» и не «мелочь». Это сигнал. И если его игнорировать, просто пить таблетки и пытаться «жить как раньше», восстановления не произойдет. Нужна терапия. Нужна работа. Нужна честность с собой.

«Я не хотела признавать, что у меня проблемы» — и это, наверное, самый частый барьер.

Наша гостья прошла через глубокий кризис, который она сегодня называет важным поворотом. Он научил ее ставить границы, фильтровать информацию, перестать тянуть на себя чужое. Она признаёт: одна из причин срыва — поверхностное увлечение психологией. Бессистемное, без опоры, без критичности. Всё это на фоне эмоциональной боли превратилось в перегруз.

В конце хочется сказать вот о чём. Очень сложно не приклеить к себе ярлык: «со мной что-то не так», «я псих», «я ненормальный». Но всё преодолимо. Все состояния проходимы.

Психические заболевания — это не приговор. Это просто одна из возможных реакций психики на непосильную нагрузку. Это не ваша суть, не ваша личность. Это то, через что вы прошли.

А пройти можно — если захотеть работать над собой. А значит — осознать, что так больше нельзя, и сделать первый шаг.

“Ты пытаешься сфокусироваться, но картинка постоянно меняется. Ты уже не понимаешь, что правда, а что нет. Мысли пугают, но без них ещё страшнее.”

В этом выпуске — история Василия, человека, который столкнулся с полиморфным психотическим расстройством. До болезни он всегда считал, что справляться нужно самому, без помощи. Он не замечал первых сигналов: мысли становились всё громче, реальность — тревожнее, люди вокруг начали делиться на “опасных” и “безопасных”.

А потом правила игры поменялись.

Сначала он просто замолчал — не потому, что не мог говорить, а потому, что ждал, что окружающие сами догадаются, что с ним что-то не так. Но они не догадались. Первый эпизод случился уже в психиатрической больнице. Хотя нет, он даже не понимал, что это психиатрическая больница.

Второй психоз был другим. Василий уже знал, что с ним происходит, и пытался контролировать себя. Но однажды паника нахлынула так сильно, что он выбежал из дома в одном белье. В тот момент ему казалось, что грядёт взрыв, что оставаться в квартире — смертельно опасно. Но потом вдруг пришло осознание: «Это снова оно». И именно это позволило остановиться, не дать психозу развернуться в полную силу.

После психоза остаётся странное чувство — как будто потерял внутренний стержень. Мир снова выглядит цельным, но ты уже не уверен, настоящий он или нет.

 🪬 Религиозные и мистические переживания — частые спутники таких состояний. Кажется, что во всём есть знаки, что за любым событием стоит глубокий смысл. Добро и зло становятся почти осязаемыми, а мир — будто испытанием. Многие верят, что это не болезнь, а особое духовное пробуждение. Но Василий знает: это просто симптом.

И всё же, несмотря на пережитое, он не считает себя жертвой. Он благодарен врачам и убеждён: “Никто не застрахован от психоза, но не стоит всё принимать на себя. Нужно беречь свою психику.”

Этот выпуск — не только про психическое расстройство. Он про реальность, которая иногда даёт сбой. Про страх потерять себя. И про то, как собирать себя обратно.

Слушайте. Может, вы узнаете в этой истории что-то близкое. Может, найдёте ответы на свои вопросы. А если что-то останется непонятым — пишите. Давайте разбираться вместе.

Но за этим списком стереотипов легко не заметить что-то действительно тревожное. “Ну подумаешь, эмоционален, все подростки такие…” – думаем мы, не задумываясь о том, что подростки редко приходят и сами рассказывают, что им плохо.

А если добавить к этому, что в этом возрасте они часто замыкаются в себе и не умеют выражать свои чувства, то можно вообще не узнать, чем живёт ребёнок.

Героине этого выпуска подкаста Кристине 15 лет. Как и многим подросткам, ей сложно говорить о своих переживаниях, даже если внутри больно. И мне, как врачу, тоже сложно – я вижу, что она хочет что-то сказать, но слов не находит. Мы можем молчать долго, пока она не будет готова.

У Кристины есть все признаки пограничного расстройства личности:

✨ Эмоциональные качели 

✨ Импульсивность 

✨ Ощущение внутренней пустоты

✨ Самоповреждения 

Но кроме симптомов есть ещё одна вещь: чувство недолюбленности.

Кристина особенно ощущала нехватку любви после рождения младшей сестры. Сначала это была нормальная реакция ревности. Но из-за болезни сестры всё стало сложнее:

- Смешанные чувства: жалость к сестре и ревность за внимание родителей.

- Ощущение второстепенности: “Мне кажется, что меня не замечают. Я сама хотела заболеть, чтобы на меня обратили внимание.”

Сестра уже здорова, но внимание родителей так и не вернулось к Кристине. “Мы с ними практически не общаемся, потому что они не понимают меня, а я не понимаю их.”

Многие родители, думая, что заботятся, выбирают контроль и критику:

- “Не ешь так много, в двери не влезешь.”

- “Какой ужас, ты это не оденешь.”

Но для подростков такие слова – это не забота, а разрушение самооценки.

Психика подростка неустойчива, он ещё не знает, что чувства могут проходить. Если ему плохо сейчас, кажется, что так будет всегда.

Суицидальные мысли и попытки – нередкость среди подростков, и часто они связаны с ощущением: “Я не вижу смысла жить. В чём смысл, если я рано или поздно всё потеряю?”

Это не всегда крик о помощи. Иногда это ощущение абсолютной беспомощности и ненужности. Они не видят опоры в своих близких. И ещё больше рушит психику, когда родители обвиняют их в собственных несчастьях.

Три вещи, которые больше всего разрушают по мнению Кристины:

✨ Булинг – со стороны сверстников 

✨ Невнимание родителей – когда важно лишь удовлетворение базовых потребностей

✨ Пьянки и зависимость – “Я не хочу ощущать этот мир таким, поэтому напиваюсь в сопли”.

Почему это важно знать родителям?

В конце подкаста я подробно объясняю, как каждый этап этой истории внёс свою лепту в состояние Кристины. Важно понять: дело не в том, что она не так воспитана или “все мы так росли, и ничего”.

📌 Каждое недосказанное слово, каждая рана от критики, каждый акт контроля – это кирпичик в стену, за которой подросток начинает прятаться от всего мира.

- Поэтому, пожалуйста, не закрывайте глаза, если чувствуете, что с ребёнком что-то не так.

- Не отмахивайтесь “все подростки такие”.

- Не ждите, пока станет слишком поздно.

История Кристины не только о ПРЛ. Она о том, как ребёнок теряет связь с самыми близкими людьми. И как эту связь можно вернуть, если заметить, понять и не бояться спросить, что происходит на самом деле.

Послушайте подкаст до конца, даже если сейчас у вас с ребёнком всё хорошо! Возможно, это поможет вам сохранить эту связь навсегда.

Катя с детства ощущала, что её пытаются перестроить. Привить интеллигентность, научить быть «правильной». В семье действовало негласное правило: нельзя давать повод для обсуждений — ни хороших, ни плохих. Нужно быть идеальной картинкой, чтобы окружающие говорили: «Хорошая девочка, у неё интеллигентные родители».

📌 Критика, даже из лучших побуждений, превратила обычное детство в постоянное напряжение. В моменты, когда хотелось расслабиться, Катя ловила себя на том, что её тело сковывает. Визиты в гости — не радость, а спектакль, где нужно следить за каждым словом и движением. Со временем это ощущение закрепилось глубоко в подсознании: лучше быть незаметной, чем неправильно проявляться.

Она любит родителей, но чувствует, что всегда была для них чем-то вроде галочки — «ребёнок есть». Не было явного недостатка заботы, не было откровенной жестокости, но осталось ощущение, что быть собой было недостаточно. Даже во взрослом возрасте страх осуждения никуда не исчез. 

Ирония в том, что Катя не принимает ту интеллигентность, которую прививали в детстве. Она видит в ней маску, которую носит её мать. Но, несмотря на это, живёт по этим же правилам. Потому что они вплетены в саму её личность. Как быть собой, если тебя всю жизнь старались сделать «лучше»?

Когда ты растёшь в мире, где сравнение — это способ «мотивировать», остаётся ли место для самоценности? «А вот Машка получила выше балл», «А он уже устроился на работу» — похоже ли это на поддержку? Родители, возможно, даже не осознают, как их слова формируют в ребёнке заниженную самооценку. И проблема не в том, что ты делаешь что-то недостаточно хорошо — проблема в том, что для них этого всегда будет недостаточно.

Есть ли обида? «Когда всё хорошо — нет. Но если копнуть, то да». Многие говорят: «Я взрослый человек, я всё понимаю, я не обижаюсь». Но травмы детства не исчезают просто потому, что нам уже 30, 40, 50 лет. Они проявляются в триггерах, в случайных фразах, в ситуациях, которые отзываются болезненной волной.

🧠 «Мозг не понимает, почему я должен прощать, если мне больно».

Но даже с этим можно научиться жить. Катя нашла способ справляться со своими состояниями — не подавлять, а разрешать себе чувствовать. Если грустно — погрустить. Если устала — отдохнуть. Не натягивать искусственную улыбку, не убеждать себя, что «всё хорошо».

Она не хочет семью и отношения. Не потому что отвергает саму идею, а потому что осознаёт: сейчас она не готова брать такую ответственность. И это честно. Есть люди, которые живут без семьи и мучаются чувством несостоятельности. Они ощущают себя «неправильными», потому что общество ждёт от них другого. А Катя приняла свою позицию без угрызений совести. Это уже победа.

Но в социуме такой подход даётся сложнее. Желание «не выделяться» мешает общаться, строить карьеру, создавать связи. Как проявляться, если тебя с детства учили делать наоборот? 

🔲 Черно-белое мышление делает этот процесс ещё сложнее. Для тревожно-избегающего типа привязанности всё предельно просто: если люблю — то отдаюсь полностью, если что-то идёт не так — рву все мосты. Никакой середины. Это особенность характера, которая не исчезает по щелчку пальцев, особенно при пограничном расстройстве личности. Работа с такими клиентами требует особенного подхода, потому что изменения даются нелегко.

В конце хочется сказать несколько слов о том, что делать дальше. Надеюсь, этот разговор дал вам возможность задуматься. Возможно, кто-то узнал себя, вспомнил своё детство. Возможно, кто-то увидел родителя, которым ещё только предстоит стать. В любом случае, осознание — это первый шаг. И только сделав его, можно понять, куда двигаться дальше 🙌

Сегодня у меня в гостях Катерина, и мы говорим о состоянии пограничного расстройства личности. Именно о состоянии, потому что у Катерины нет официального диагноза.

Но важен ли диагноз сам по себе?

💡 Не у всех, кто сталкивается с симптомами, есть формальный диагноз, но это не значит, что им легче.

💡 Не каждый человек, стоящий на учёте у врача, чувствует себя плохо.

Это ключевой момент, о котором многие забывают. Психотерапевты и психиатры не стремятся “поставить всех на учёт” – это скорее случается, когда человек слишком долго игнорирует тревожные сигналы и доходит до стадии, когда госпитализация становится неизбежной.

Что чувствует человек, когда его эмоции неуправляемы?

Катя описывает своё состояние просто: “качели”.

🔹 Импульсивность по щелчку пальцев.

🔹 Мысли о том, что спрыгнуть с балкона уже не страшно – лишь бы прекратить эти метания.

🔹 Чувство, что её жизнь скучная и неинтересная, а потом – обесценивание: “ай, зачем об этом думать, жила до этого и ладно”.

Она осознала свою нестабильность ещё в 25 лет, но чувствовала её ещё со школы. Избегание сверстников, отсутствие друзей, низкая самооценка – всё это лишь усиливало внутренний голос, который постоянно шептал: “Я не справлюсь. Я накосячила. Люди смотрят на меня осуждающе.”

Но даже в крайних состояниях Катя сохраняла осознание реальности – она понимала, что ей нужна помощь. Это важное отличие ПРЛ от других расстройств. Например, перепады настроения при ПРЛ стремительные, в отличие от более длительных фаз при биполярном расстройстве, а критическое мышление и ощущение ответственности остаются даже на эмоциональном дне.

Как говорить с человеком, который переживает подобное?

“Тебе пора к психологу.” Эта фраза часто звучит как обвинение, как указание на то, что “с тобой что-то не так”. Но это не помогает. Это заставляет человека ещё больше замкнуться.

Если кто-то рядом страдает, важно не насильно вести его к специалисту, а помочь самому прийти к этому решению.

Возможно, слушая этот выпуск, вы почувствуете жалость. Возможно, вам станет тяжело. Но Катерина рассказала свою историю не для того, чтобы её жалели, а чтобы заставить задуматься.

📌 Люди не ведут себя странно просто так.

📌 Те, кто причиняют себе боль, не ненавидят жизнь – они просто ищут способ справиться со своей болью.

Разговор с Катей получился глубоким, поэтому я решила разделить его на два подкаста. В следующем выпуске мы углубимся в её детство – и разберём, как всё это складывается в единую картину.