Настоящее прошлое

14 лет назад была убита Анна Политковская. Через год истекает срок следствия, а это значит, что заказчики убийства избежали наказания - ну, не успеют, даже если и случится чудо и кого-то найдут, привлечь их к ответственности. Да, киллер, организаторы и соучастники отбывают наказание, но самых главных виновных никто не искал. Об Анне Политковской и расследовании ее убийства — Олег Хлебников и Сергей Соколов.

В этом году исполняется 90 лет со дня убийства Льва Троцкого — человека, которого называли «вождем Красной Армии» и ключевой фигурой революции. В период существования военно-революционного комитета Троцкий фактически был первым человеком во власти нового государства, а его популярность — крайне высокой. Дальнейшая внутриполитическая борьба привела бывшего лидера к исключению из партии и преследованию, а ярлык «троцкист» грозил ссылкой и расстрелом тем, к кому он применялся. Ведущий подкаста «Настоящее прошлое» Олег Хлебников рассказывает о судьбе опального революционера и о том, как на родине и за рубежом менялось отношение к нему после смерти.

Отравление Навального заставило нас вспомнить не только об отравлениях сравнительно недавних — Верзилова, Скрипалей, Политковской, Щекочихина. Но и об истоках этой ужасной практики — советских опытах по испытанию ядов на осужденных к высшей мере наказания, и убийстве «врагов советской власти». Делали это в загадочной «Лаборатории Икс», она же «Лаборатория Смерти».Один из подследственных по делу о работе «Лаборатории Икс» — заместитель Берии Всеволод Меркулов — на допросе рефлексировал: «Я не предполагал, что эти опыты носят мучительный характер. Я предполагал, что процедура незаметного отравления осужденного менее мучительна, чем процедура расстрела. Конечно, я обязан был интересоваться деталями проведения опытов и создать в них должные рамки. Или даже прекратить их вовсе…»Берия на допросе тоже признал, что опыты — ужасная вещь, но заявил, что это — инициатива Сталина. Интересно, что среди способов устранить Троцкого обсуждался не ледоруб, а посылка — книга, пересыпанная ядом, спорами сибирской язвы...Гость выпуска: историк Никита Петров

1980-й года. Жители СССР осознают, что руководство решило проводить в Афганистане полноценную войну, и это надолго. Союз парадно принимает первую свою Олимпиаду. Невероятно торжественное событие, и уже сразу санкции — множество делегаций не посылают своих спортсменов биться за медали из-за Афгана... А тут внутреннее горе — умер Владимир Высоцкий. Ведущий подкаста Олег Хлебников познакомился с Высоцким в 1980-м году. А его гость — поэт Игорь Кохановский — Высоцкого знал с 8 класса. Дружили очень близко, друг друга звали «мой Васёчек».Он вспоминает:1954-й год. 10-классника Высоцкого чуть не выгоняют из школы за чтение армянского варианта басни «Псарник» — усмотрели антисоветчину...Учительница заразила школьников запрещенными стихами Северянина. Куда поступать после школы не знали, но поступать решили вместе — выбрали технический вуз по самому красивому пригласительному билету...

60-е определили литературную, художественную, а затем и политическую жизнь СССР. Тогда еще не знали, что это будет только «оттепель» — верилось в неминуемую и скорую победу всех прогрессивных сил. И приближали ее поэты.Они стали явлением, сделали поэзию частью общественной жизни, их слушали на стадионах. Евтушенко, Вознесенский, Ахмадуллина, Окуджава, Рождественский.С одной стороны они, с другой — другие, те, которые делали так называемую «тихую поэзию» — не на эстраде: Чухонцев, Кушнер и гость исторического подкаста Олега Хлебникова Юрий Ряшенцев.

За время своего существования советская власть репрессировала десятки поэтов. Вот только несколько имен пострадавших: Осип Мандельштам, Даниил Хармс, Николай Заболоцкий… Но и те, кто миновал заключения в ГУЛАГе, всю жизнь провели в страхе и опале. Государственный антисемитизм, разрушивший карьеру Бориса Слуцкого, преследования семьи Анны Ахматовой, слежка и обыски у Семена Липкина и Инны Лиснянской – ведущий подкаста «Настоящее прошлое» Олег Хлебников рассказывает о трагических судьбах советских поэтов. Музыкальное сопровождение – песни композитора и певицы Раисы Саед-Шах на стихи репрессированных.

Содержание: два человека в комфортабельной камере. Формат — изоляция. В некой будущей империи часть населения — три процента — должна провести свою жизнь в тюрьме. Так решил император.Спектакль в трех актах по инициативе «Новой газеты» создали трое — режиссер Владимир Мирзоев, актер Максим Суханов и клоун Алексей Миронов.«Новая газета» благодарит за право использовать текст пьесы — фонд Бродского и лично Алексея Гринбаума. За помощь в осуществлении проекта — звукозаписывающую фирму «Вимбо» и лично Михаила Литвакова.

Подкаст «Настоящее прошлое» с Олегом Хлебниковым.Гость: журналист-расследователь Роман ШлейновОн был первым журналистом, который рассказывал о проблемах трудных подростков. Затем первым расследователем в Советском союзе, рассказавшим о существовании оргпреступности. Человек, который все время хотел всех со всеми подружить и который удивлялся подлецам. И был отравлен в 2003 году.Ведущий подкаста «Настоящее прошлое» Олег Хлебников близко знал Юрия Щекочихина. Он рассказывает, как жил Юрий Петрович, журналист и депутат Госдумы (приходится уточнять, что Госдума в то время была другой, с ней считался президент и правительство). А о том, как ему угрожали и при каких обстоятельствах Юрий Щекочихин погиб — рассказывает Роман Шлейнов, редактор отдела расследований «Новой газеты».Дело «Трех китов» о контрабанде мебели, которое Щекочихин не давал закрыть и в связи с которым получал угрозы, не было значительным по своим деньгам. Но получилось так, что в нем сошлись интересы силовиков разных ведомств — Генпрокуратуры и ФСБ, к высоким чинам из этих ведомств тянулись ниточки от контрабандистов. Внезапная смерть Щекочихина закрыла дискуссию о том, как неправомерно прекращались это и другие громкие дела в России.Друзья и коллеги Юрия Щекочихина уверены: смерть случайной не была. Официального расследования смерти депутата от экзотической аллергии не было, Генпрокуратура отказалась его проводить.

10 лет назад умер Андрей Андреевич Вознесенский. В СССР он был чрезвычайно популярен как один из «шестидесятников», но когда его во время выступления на съезде перебил и обругал Хрущев, началась травля. Эстетически иной даже для круга своих друзей, Вознесенский был ненавистен советской власти. Мужественно перенеся беспрецедентную травлю в советской печати, он и в Перестройку попал под огонь демшизы — за поэму о Ленине.Стихи Вознесенского знают все, известны и «Гойя», и «Осень». Многие стихи прославила советская попса. Например, хит Евгения Осина «Плачет девушка в автомате...» — Вознесенский. И «Миллион алых роз» — тоже Вознесенский. Ведущий подкаста «Настоящее прошлое» Олег Хлебников был знаком и дружен с Вознесенским. Каким был советский модернист и ученик Маяковского, полпред советской поэзии за границей — слушайте в этом выпуске.

Поэт Давид Самойлов умер в Таллине в 1990-м году, прямо во время вечера памяти Пастернака. Ушел за сцену, и Зиновий Гердт услышал стук упавшей палочки. Когда к Самойлову подбежали — он успел сказать только одну фразу: «Все хорошо».В новом выпуске подкаста «Настоящее прошлое» Олег Хлебников рассказывает несколько историй из жизни и биографии известного поэта, с которым они были дружны, и о других поэтах-фронтовиках — Слуцком, Левитанском, Межирове, читает их стихи. В подкасте прозвучат «Четвертый анекдот», «Артиллерия бьет по своим...», «Сороковые, роковые...»Феномен воевавших поэтов — они первыми написали правду о войне.