Опасные слова

Насколько оправдан скепсис в адрес либерализма и в чем проблема с привычкой видеть в современности только упадок и катастрофу?

В новом эпизоде «Опасных слов» Александр Морозов вспоминает судьбу философа Вальтера Беньямина и противопоставляет ее выбору Карла Поппера, написавшего свою знаменитую книгу «Открытое общество» в самый мрачный период европейской истории.

Мы говорим о том, почему не стоит так легко соглашаться с разговорами о закате либерализма и западной цивилизации. Либеральная традиция, несмотря на критику, по-прежнему остается одной из самых понятных и устойчивых форм общественного устройства, и именно либеральный порядок, как бы к нему ни относились, остается тем, что выбирают миллионы, когда у них появляется выбор.

В новом выпуске «Опасных слов» Александр Морозов вспоминает 1981 год, когда Израиль атаковал иракский ядерный реактор, и сравнивает то время с сегодняшним ответом Израиля на иранскую угрозу.

Мы обсуждаем, как оживает политический призрак Советского Союза, и почему режимы, подобные иранскому или путинскому, стремятся изолироваться и придавить всё живое вокруг. Но также вспоминаем о тех, кто им противостоит, ведь за переменами всегда стоят усилия самых разных сообществ. Сегодняшняя тема — третья мировая война. Но разговор о ней должен вестись ради мира.

В этом выпуске мы говорим о том, как язык власти превращается в инструмент деградации. Повод — неслучайный: речь пойдёт о публичной риторике Дмитрия Медведева, чьи посты давно уже стали мемами, но еще и симптомами. Мы разбираем, что стоит за потоком «хрюкающих подсвинков», «псарен» и «повелителей тьмы». От криминального жаргона до партийного осуждения времён раннего сталинизма — эта речь впитывает в себя всё, что разрушает публичное пространство.

Почему такой язык стал допустимым на уровне власти и не вызывает внутри системы ни удивления, ни отторжения, а скорее одобрение?

В этом эпизоде мы говорим о русском языке — но не с точки зрения лингвистики, а как о политике, истории и войне. Мы обсуждаем, как язык становится не просто средством общения, а инструментом оправдания агрессии и управления обществом. Сегодня русский язык, по сути, переживает кризис: он не справился с наследием советского насилия и в постсоветское время оказался подчинён новой государственной идеологии.

Мы вместе ищем ответ на вопрос: возможна ли его переработка? Может ли язык, через который шла пропаганда и репрессии, снова стать языком свободы, достоинства и уважения?

В новом эпизоде «Опасных слов» Александр Морозов говорит о том, о чём, возможно, труднее всего говорить, — о пытках. Сегодня это не только трагическая реальность войны, но и то, что постепенно превращается в часть официальной идеологии.

Обсуждаем, как российское государство не просто допускает, а оправдывает насилие, если оно, как заявляют чиновники, служит «интересам традиционных ценностей» или «государственной необходимости».

В этом выпуске Александр Морозов говорит о Стамбуле, но не как о городе, а как о символе столкновения двух альтернативных реальностей. Пока одни продолжают утверждать, что Россия «никогда не отступит», а Трамп уверяет, что «с Путиным можно договориться», политика уходит всё дальше от здравого смысла.

Почему сегодняшние международные переговоры всё чаще напоминают анекдот, а не дипломатию? И как в условиях этой раздвоенной реальности становится всё труднее надеяться на рациональный выход из войны?

Александр Морозов рассказывает о том, как Россия уничтожает украинскую идентичность.

То, что еще недавно воспринималось как общий день памяти, сегодня стало инструментом агрессивной пропаганды. Праздник 9 мая больше не объединяет, а используется для внешнеполитических обвинений.

Память о Второй мировой войне тоже была переписана: из сложной и трагической истории она превращена в простой и удобный для власти сюжет. Советская ответственность за начало войны, репрессии, антисемитизм, — всё это вычищено из официального нарратива. Тем временем, пока на Красной площади готовятся к параду, российская армия продолжает наносить удары по украинским городам. И это делает практически невозможным честный разговор о войне.

Александр Морозов рассказывает, как на наших глазах окончательно рушится миф о «мировом правительстве». Еще недавно казалось, что за фасадом публичной политики есть некий центр управления — скрытый, но влиятельный. Сегодня этот фасад сам рассыпается, а то, что раньше считалось закулисьем, оказывается на виду — и теряет свою загадочную силу.

Морозов говорит о пустоте, которая осталась на месте старого глобального порядка. «Центры принятия решений» больше не внушают уверенности, а международные рамки, к которым привыкли целые поколения, будто исчезли. Возникает вопрос: кто теперь отвечает за будущее? И возможно ли, что новая конфигурация мира, которая складывается на фоне войны, уже сейчас ищет форму?

В новом эпизоде — цитата Дональда Трампа, который признался, что Путин его «слегка подбешивает» (pissed off). Фраза, которая на русском звучит куда менее дипломатично, чем на английском.

Как долго Дональд Трамп будет терпеть стратегию Владимира Путина? И почему у Путина не остается другого выбора, кроме продолжения войны? Александр Морозов рассказывает о новом повороте в отношениях между Вашингтоном и Москвой.