Стихоплётство

Два дракона в небе кружились,

Наслаждаясь волшебным мгновеньем. 

Они счастьем своим упивались,

Позабыв обо всём во вселенной. 

Их любовь простиралась над миром,

И лучами окутав равнины,

Облетала звенящим мотивом

Все вокруг города и долины. 

Но не всем по душе была песня. 

Радость счастья не всех умиляла. 

Зависть сердце пронзала, как бритва. 

И убить тех двоих заставляла. 

И стрела полетела большая,

И вторая за ней по приказу. 

И драконы, забыв осторожность,

Были скошены стрелами разом. 

Умирая в последнем мгновении,

Они падали в пропасть, обнявшись. 

Песня замерла в сердце навечно,

Лишь в мечтах всех живущих оставшись. 

Мы вечно не живём, но вновь и вновь

Мы прилетаем на эту землю, как к себе домой. 

Рождаемся и умираем мы каждый раз,

Чтоб жизнь души текла неведомой рекой. 

Нам дали этот путь, чтоб мы могли спокойно

Встречать знакомых нам врагов или друзей

И начинать общение с начала,

Не помня всех обид от наших палачей. 

Мы видим их и смутная тревога

Окутывает нашу грудь тоской. 

Но шанс даём. Даём возможность

Всё исправить себе и им,

Чтоб обрести души покой. 

Да, человек не в силах измениться, 

Забыть обиды и простить беду,

Но мы становимся чуть-чуть мудрее

И сможем заново начать с судьбой игру. 

И новый сделать шаг на новом воплощении,

Приблизив возвышение души,

Чтоб через сотни тысяч проб последний раз родиться

И наконец свободу обрести. 

Ты хоть примерно представляешь 

По сколько я их в день строчу?

Они рождаются спонтанно

Хочу я или не хочу. 

Во сне приходят ночью душной

И за рулём, и на бегу. 

И с их навязчивым жужжанием

Я совладать, уж, не могу. 

Они хотят строкой излиться,

Бегут, не прекращая ход,

Летят страница за страницей 

И заполняют небосвод

Своими рифмами и криком. 

Звенят в мозгу, рвут в клочья грудь.

И я пишу их беспрерывно

В надежде всё же отдохнуть. 

Я в переписке монологом

Пишу тебе свои стихи. 

Была бы рада диалогу,

Но игнорируешь их ты. 

Я жду ответ, в экран уткнувшись,

Сон улетел, я жду тебя. 

Мне пишут левые мужчины,

Но слышать не хочу их я. 

Ты не напишешь, понимаю. 

И всё ж надежду затаив, 

Я потихоньку засыпаю,

Свои мечтания сохранив. 

Лёгкий шум прибоя,

Ветра тихий рокот, 

Меж ветвей зелёных,

Слышен робкий шепот. 

Солнца луч сквозь тучи

Прикоснулся нежно

И рассыпал бликов

Океан безбрежный. 

По пустому пляжу

Я брожу, мечтая,

И твою улыбку ночью

Вспоминаю. 

Ты ко мне приехал,

Мир наполнив счастьем.

Лёд тоски растаял

Силой твой власти. 

И в мечтах о чуде

К облакам взлетаю,

От твоих касаний

Крылья расправляю. 

Волосы взъерошил

Ветерок весёлый. 

Буду ждать с улыбкой

Нашей встречи новой. 

Могучий дуб раскинул крону, 

Давая путникам покой,

От зноя их уберегая,

И укрывая под собой. 

Сегодня там сидели двое,

И разговор потёк рекой. 

У старца с длинной бородою

Спросил подумав молодой:

- Ты много жил и много видел. 

Молчишь всегда, храня покой. 

Но надо мне ответ услышать, 

Прошу, поговори со мной. 

Скажи мне, ну, зачем мы смертны?

Я не могу спокойно жить,

Когда я думаю о смерти!

Хочу бессмертие получить!

Старик вздохнул и тихо начал,

Издалека повёл рассказ.

О том, кто жил в тени столетний

Задолго до рождения нас. 

Они в потоке жизни бурной

Творили мир и иногда

В величии славы возносились,

И исчезали навсегда. 

И в каждом жажда изменений,

Желаний и эмоций рой,

Чтоб получить минуту счастья, 

Они меняли всё порой. 

- Ты жаждешь жить? Менять, меняться? 

Любить, дерзать, идти вперёд? 

Но это всё дорога к смерти. 

Лишь то, что смертно, то живёт. 

В бессмертии вечном, неизменном 

Застынет самой жизни свет. 

Где правит вечность, нет стремлений,

Там радости и счастья нет. 

Живи сейчас, вставай и падай. 

И все вершины покорив,

Вкус жизни лишь познать сумеешь,

Дыханье смерти ощутив. 

Он помолчал, потом добавил:

- Я много видел, долго жил. 

И воевал, и строил город, 

И ненавидел, и любил. 

Во мне желания по угасли,

Устал я сквозь года брести. 

И я готов с последним вздохом

Бессмертие смертью обрести. 

Когда земля ещё была совсем другой,

А боги только начинали жить, 

Родились три сестры в семье морской, 

В мечтах о счастье и с надеждой полюбить. 

Прекрасны были все, но лишь одна 

Красою выделялась, как звезда. 

Однако ж, вместе с тем только она  

Среди бессмертных смертною была.  

Те сёстры жили в мире и в любви

И младшую любили больше всех,

Но надо ж было, чтобы бог морей

Её увидел всем на грех. 

Вскипел от страсти грозный Посейдон

В безумной жажде девой овладеть. 

Он не услышал её слово «нет»,

Не смог всесильный бог отказ стерпеть. 

И бросилась Медуза к алтарю,

Ища защиты у Паллады и с мольбой. 

Там и настиг её, желанием горя,

И изнасиловал морской герой. 

За осквернённый семенем алтарь

Разгневалась Афина, но вину 

На дядю отказалась возлагать,

Возненавидев девушку одну. 

- Ах ты прекрасной родилась. Ну, нет!

Не сможешь больше никого прельщать!

Отныне будешь ужас ты внушать

И в камень всех живущих превращать.

Медуза, не поняв вины, стояла тихо. 

В тот же самый миг

По воле дочери царя царей

В чудовище стал превращаться нежный лик. 

Зашевелились змеи средь волос,

Своим шипением заглушая стон. 

Глаза зажглись огнём смертей. 

Красавица исчезла словно сон. 

Бар под окном. 

Ночь гудит машинами,

Светит огнями фар. 

Мир мигает витринами,

Как на базаре товар. 

Где-то грохочет музыка,

Где-то шансон поют.

Люди сидят на скамейках,

Пиво и водку пьют. 

День выходной субботний

Выгнал людей гулять.

И пропивать зарплату,

Чтобы тоску унять. 

Скоро настанут будни

И вереница забот. 

Люди гуляют ночью, 

Словно рассвет не придёт. 

Утро прогонит с улицы 

И тех, кто успел упасть,

Оставив кучу мусора,

Бутылки и прочую грязь. 

Быт потечёт размерено:

Дом, работа и спать. 

А в пятницу и субботу

Снова пойдут гулять. 

То было в далекие годы. 

Потеряны те времена. 

Давно позабыты, уж, люди,

И стёрты в веках города. 

Чума посетила ту землю

И пир развела на костях.

Во все заглянула селенья,

У всех побывала в гостях. 

И в маленький домик у моря,

Гуляя, зашла не спеша. 

А жили в том домике двое,

И ждали они малыша. 

Хотела Чума, как обычно,

Обнять и позвать за собой. 

Увидеть готовилась ужас,

Проклятья и стоны с мольбой. 

Но ей приготовили ужин,

С улыбкой позвали входить. 

Беседой её развлекали, 

Просили счастливою быть. 

«Счастливой?!» - Чума удивилась. 

И вдруг оглянулась она. 

Нет роскоши, золота в доме,

Всё просто и бедность видна. 

Но рядом улыбки на лицах,

И радостью светится дом. 

И здесь принимают любого, 

С терпением заботясь о нём. 

И с той же улыбкой счастливой

Любую встречают судьбу,

Не тратя минуты и годы

На то, чтоб бояться беду. 

Чума постояла немного

И тихо из дома ушла. 

Ведь где-то под маскою смерти

И в ней полыхает душа. 

Ничего не хочу. Устала. 

Даже свет погас в тишине. 

Я недавно ещё летала,

И весь мир улыбался мне. 

Я смеялась и пела песни,

Будто птица в танце кружась. 

И всё было так интересно, 

Словно заново родилась. 

А потом оборвались звуки,

И движение застыло в миг. 

И накрыло безмерной скукой,

И застыл, не родившись, крик. 

Паутиной накрыло планету. 

В ней, как в омуте, вязну я. 

Ветер стих. Я застыла где-то

В ожидании нового дня.