Этажерка

«Я вежлив с жизнью современною», - напишет поэт,- но между ними есть преграда».

Поэзия серебряного века немыслима без имени Николая Гумилева.

                                         В Летнем тонко пела флюгарка

                                         И серебряный месяц ярко

                                         Над серебряным веком стыл…

Русская литература серебряного века явила блестящее созвездие ярких индивидуальностей. Даже представители одного течения заметно отличались друг от друга не только стилистически, но и по мироощущению, художественным вкусам и манере «артистического» поведения.

«Будем как солнце!» - восклицает Константин Бальмонт.

В историю русской литературы поэт вошел как один из виднейших представителей первого символистского поколения – так называемого «старшего символизма».

 Романтик и максималист, натура в высшей степени впечатлительная, артистичная и в то же время ранимая, он предъявляет непомерные требования к бытию людей.

Чтоб звенела счастьем голова,

Ничего-то в сердце не таите,

Говорите, люди, говорите

Самые хорошие слова!

Согласитесь, нам так иногда не хватает этих «хороших слов».

Зощенко удручало то, что люди весело смеялись, читая его рассказы. Он считал, что не смеяться надо, а плакать.

Читая рассказы Зощенко, чувствуешь нечто похожее на ту реакцию, которую вызвало у Пушкина чтение ему Гоголем «Мёртвых душ».

“Когда я начал читать... первые главы, - вспоминал Гоголь, - то Пушкин, который всегда смеялся при моём чтении (он же был охотник до смеха), начал понемногу становиться всё сумрачней, сумрачней, и наконец сделался совершенно мрачен. Когда же чтенье закончилось, он произнёс голосом тоски: «Боже, как грустна наша Россия!»”.

Зощенко был верным последователем гоголевского направления в русской литературе. Если внимательно вслушаться в его смех, нетрудно уловить, что беззаботно-шутливые нотки являются лишь фоном для нот боли и горечи.

«Можно вот так вот мотаться, быть усталым, измотанным, иметь серьёзные финансовые проблемы, быть простуженным, и при этом быть абсолютно счастливым…Абсолютно… просто по той причине, что тебя ждут. И знаете, не просто вот так вот ждут, а ждёт та, которая нужно тебе, чтоб тебя ждала. Потому что есть те, которые ждут, ну и пусть подождут. Дождутся!

 А можно быть наоборот здоровым, перспективным, успешным и быть абсолютно несчастным, ну, потому что тебя не ждут. Она не ждёт, и кажется, что вообще никто не ждет…»

Название повести взято из трактирного куплета:

На второе пирог-

Начинка из лягушачьих ног,

С луком, с перцем

Да с собачьим сердцем.

Через восприятие собаки писатель вводит читателя в атмосферу жизни послереволюционной Москвы.

То, что это описание дано глазами животного, делает картину еще более ужасающей: голод, нищета, болезни, воровство, жестокость, унижения.

Можно ли так быстро создать нового человека, человека эпохи социализма?

За мной, мой читатель, и только за мной, и я покажу тебе такую любовь!» - так начинается глава.

Что значит, по М.Булгакову, « настоящая любовь»?

Нравственная категория покоя играет большую роль в контексте всего романа.

В литературоведении вопрос о том, почему Мастер «не заслужил света», является одним из самых дискуссионных.

Исследователи творчества Булгакова не едины в своих суждениях.

Одни утверждают, что это наказание за малодушие. Ведь мастер так и не дописал роман, сдался. Последняя фраза мастера, которой он отпустил Понтия Пилата «Свободен! Свободен!» не соответствует той, которой он хотел закончить роман.

Другие считают, что мастер обрел именно то, что необходимо художнику. Он преобразился в рыцаря, он будет писать теперь в полном согласии со своей совестью.

Рухнул ли храм старой веры, перешли ли люди в царство истины и справедливости здесь, в этой стране?

«Добрый человек…» - вот первый ключ к роману.

Роман «Мастер и Маргарита» справедливо можно назвать и нравственно-философским, и сатирическим, и фантастическим, и любовно-лирическим.

Все это совместилось на страницах книги, как совместилось и время – прошлое и настоящее. Реальные герои взаимосвязаны с «потусторонними»…