Гасан Гусейнов о словах и вещах

Воскресная колонка филолога Гасана Гусейнова о «мертвом языке», оставшемся от СССР, миазмах его идеологических и бюрократических «словесных формул замедления мысли, формул обмана», которые «парализуют ум и волю» и «вот уже сто лет подменяют носителям русского языка простые человеческие слова».

В Российской Федерации – в самом крупном осколке бывшего СССР и бывшей Российской империи и в самой большой стране в мире – происходит раздача отдельным журналистам, целым изданиям и общественным организациям ярлыка «иностранного агента». Это понятие – иностранный агент, или – в сокращенном виде – иноагент, – столь важно, что мысль о нем следует додумать до конца. Хотя на фоне ста сорока миллионов насельников Российской Федерации полсотни официальных иноагентов это же пшик, о чем говорить, да? А Навальный, например, и вовсе один, правда? Но почему-то арифметика не работает.

«Назвавший жалующихся россиян „ноющей кучей дерьма“ политик подтвердил свои слова». Это загадочное сообщение появилось на множестве российских сайтов и доставило ассенизаторам политической речи несколько приятных минут, ведь теперь и младенцу стало ясно, что словосочетание «клоачный язык» — это технический термин, описывающий суть современной политической речи, а вовсе не брошенное в сердцах бранное слово.

Воскресная колонка филолога Гасана Гусейнова о «формулах неприятия», за которыми «человек прячет от себя отчаянье, вызванное беспомощностью перед жестокостью мира», о «запретных темах», а также об отказе «приверженцев религиозных доктрин, которые прямо требуют милости к падшим, любви и прощения, от этой своей небывалой привилегии» и их готовности «стать винтиками карательной машины».

«Сейчас, например, многие патриотически, как им кажется, настроенные граждане уверены, что окаянную эту моду на феминитивы продвигают у нас иноземцы проклятые». Воскресная колонка Гасана Гусейнова о «золотом запасе женских суффиксов» русского языка, его «вымывании» в эпоху «позднего советского мужского шовинизма» и продолжении «этой редактуры – под видом недопущения обратно в язык якобы опасных якобы заемных нововведений».

Почему сейчас вместо «стыдоба» говорят «фейспалм»? Откуда появились слова «кукож», «зашло» и «кекнуть»? И кто такая «падра»? Рассказывает филолог Гасан Гусейнов.

Владимир Паперный, историк архитектуры, без ссылки на знаменитую книгу которого «Культура-2» не обходится ни одно исследование советской культуры и жизни, написал автобиографический роман.

В 1980 году Соломон Константинович Апт выпустил книгу о Томасе Манне. В те позднесоветские годы многие мастера культуры согрешили с гитлеровской Германией: пытались протащить антисталинский подтекст, живописуя нацистский режим. Ничего не получилось. Телефильм «Семнадцать мгновений весны» ухитрился положить начало омерзительному двойному культу — шикарной Германии штандартенфюрера Штирлица и мудрой сталинской империи, которой служил полковник М.М. Исаев. Так вот, в книге Апта, хотя она и была опубликована на излете так называемого советского «застоя», никаких подтекстов нет, но есть полный перевод замечательного письма, которое Томас Манн написал в 1942 году французскому писателю Жюлю Ромэну, широко издававшемуся и в Советском Союзе.

Смысл разнообразных страхов соседей России и содержание главных страхов самих россиян. Опыт внимательного прочтения «Стратегии национальной безопасности Российской Федерации» от 3 июля 2021 года — в новом выпуске подкаста Гасана Гусейнова.

«Die Zeit обнажила прелестную непосредственность чекистов: сначала эта корпорация первобытных людей изнасиловала и сожрала историческую Россию — мать ее, корпорации этой, а теперь потребовала наследство убиенной и освобождение от ответственности». Новый выпуск подкаста Гасана Гусейнова — об опыте внимательного прочтения номера немецкой газеты Die Zeit, в котором Владимир Путин опубликовал статью по случаю 80-летней годовщины нападения нацистской Германии на Советский Союз.