Join BeFluent - https://bit.ly/3PnVR6u

Она сидела, он стоял, испуганный ее смущением, не решаясь сесть рядом.
She sat, he stood, frightened by her confusion, not daring to sit beside her.

Запели настраиваемые скрипки и флейта, стало вдруг страшно, казалось, что из всех лож смотрят.
The violins and flute, tuning up, suddenly began to play, and it became terrifying, as if everyone in the boxes was staring at them.

Но вот она встала и быстро пошла к выходу; он — за ней, и оба шли бестолково, по коридорам, по лестницам, то поднимаясь, то опускаясь, и мелькали у них перед глазами какие-то люди в судейских, учительских и удельных мундирах, и всё со значками; мелькали дамы, шубы на вешалках, дул сквозной ветер, обдавая запахом табачных окурков.
But then she got up and quickly headed for the exit; he followed her, and they both wandered aimlessly, through corridors, up and down stairs, their eyes catching glimpses of people in judicial, educational, and administrative uniforms, all with badges; ladies, furs on coat racks, the draft blowing the smell of cigarette butts at them.

И Гуров, у которого сильно билось сердце, думал:
And Gurov, his heart pounding, thought,

«О господи! И к чему эти люди, этот оркестр...»
"Oh, Lord! Why these people, this orchestra..."

И в эту минуту он вдруг вспомнил, как тогда вечером на станции, проводив Анну Сергеевну, говорил себе, что всё кончилось и они уже никогда не увидятся.
And at that moment, he suddenly remembered how, that evening at the station, after seeing off Anna Sergeyevna, he had told himself that it was all over, and they would never see each other again.

Но как еще далеко было до конца!
But how far the end still was!

На узкой, мрачной лестнице, где было написано «Ход в амфитеатр», она остановилась.
On a narrow, dark staircase, where a sign read "Entrance to the Amphitheater," she stopped.

— Как вы меня испугали! — сказала она, тяжело дыша, всё еще бледная, ошеломленная.
"How you scared me!" she said, breathing heavily, still pale, stunned.

— О, как вы меня испугали! Я едва жива. Зачем вы приехали?
"Oh, how you scared me! I'm barely alive. Why did you come?"

— Но поймите, Анна, поймите... — проговорил он вполголоса, торопясь. — Умоляю вас, поймите...
"But understand, Anna, understand..." he whispered hurriedly. "I beg you, understand..."

Она глядела на него со страхом, с мольбой, с любовью, глядела пристально, чтобы покрепче задержать в памяти его черты.
She looked at him with fear, with pleading, with love, looked intently, trying to firmly imprint his features in her memory.

— Я так страдаю! — продолжала она, не слушая его.
"I'm suffering so much!" she continued, not listening to him.

— Я всё время думала только о вас, я жила мыслями о вас.
"I thought of you all the time, I lived with thoughts of you.

И мне хотелось забыть, забыть, но зачем, зачем вы приехали?
And I wanted to forget, forget, but why, why did you come?"

Повыше, на площадке, два гимназиста курили и смотрели вниз, но Гурову было всё равно, он привлек к себе Анну Сергеевну и стал целовать ее лицо, щеки, руки.
Up above, on a landing, two high school students were smoking and looking down, but Gurov didn't care; he drew Anna Sergeyevna to him and began kissing her face, her cheeks, her hands.

— Что вы делаете, что вы делаете! — говорила она в ужасе, отстраняя его от себя.
"What are you doing, what are you doing!" she said in horror, pushing him away from her.

— Мы с вами обезумели. Уезжайте сегодня же, уезжайте сейчас... Заклинаю вас всем святы

Telegram Channel - https://t.me/befluentinrussian