Чтение

С учетом того, что близился конец света, Мэдди Пейс полагала, что дела

у нее идут неплохо. Чертовски неплохо. Возможно, она справлялась с

трудностями, вызванными Концом Всего, лучше, чем кто бы то ни был. И она

нисколько не сомневалась, что лучше, чем любая беременная женщина на всей

земле.

Нет доказательств, что Элизабет хоть когда-нибудь обвиняла отца в убийстве матери. Конечно, она едва помнила свою мать

Гигантские черные трубы Айлиумских заводов Федеральной корпорации

окутывали едким дымом и копотью мужчин и женщин, выстроившихся в длинную

очередь перед красным кирпичным корпусом управления по найму рабочей силы.

Стояло лето.

Милостивый государь и драгоценнейший друг,

Иван Петрович!

Вот уже третий день, как я, можно сказать, гоняюсь за вами, драгоценнейший друг мой, имея переговорить о наинужнейшем деле. и нигде не встречаю вас. Жена моя вчера, в бытность нашу у Семена Алексеича, весьма кстати подшутила над вами, говоря, что вас с Татьяной Петровной вышла парочка непоседов.

Было около часа ночи, когда Карл, ночной портье отеля "Уиндермиер", начал гасить свет в холле. Голубой ковер сразу потемнел на несколько тонов; полумрак заполнил кресла призрачными тенями и подернул сумрачные углы паутиной воспоминаний.

- Посмотрите. Вон туда... Нет, сегодня не видно... В хорошую погоду как

раз там виднеется верхушка телевизионной башни...

Праздник, а может быть, и обычное воскресенье, Укромный уголок готового

лопнуть от обилия запахов переполненного ресторана недалеко от конечной

остановки электрички.

Маpия-Роза — это двойное имя, и женщина, котоpую так звали, тоже была двойной, как в физическом, так и в моpальном отношении. Лицо ее было и кpасным, и белым, шиpоким, как полная луна, у него не было пpопоpции с ее стpойным телом. Она напоминала те pозы, котоpые называют капустой, так как они такие же пышные и плотные, как капуста.

Вечер тяжелого понедельника, сил почти не остается и пора готовиться ко сну. "Чтение" поможет вам провести понедельник и встретить вторник с истинным эстетическим удовольствием.

- А, это вы? Идите-ка сюда! Я хочу заказать вам что-нибудь этакое

трогательное для рождественского номера. Согласны, дружище?

Так обратился ко мне редактор Н-ского еженедельника, когда я, несколько

лет назад, в одно солнечное июльское утро просунул голову в его берлогу.

В первый раз это было пять недель тому назад, во время боя быков - тогда именно, когда черный бык из Миуры проткнул руку маленькому Квинито.

В ближайшее воскресенье - снова. В следующее - тоже... Я встречал его на каждой корриде. Я сидел внизу, впереди, в первом ряду, чтобы делать фотографические снимки. Его абонементное место было рядом с моим.