Чтение

После того как я четыре дня питался только незрелыми сливами, я потерял сознание. Желудок я ощущал как кусок раскаленного железа, полевая дорога рябила в моих глазах. Я знал, что был ясный полдень, и солнце палило вовсю, но мне все казалось серым, как зола, а ноги подкашивались от страха, словно мне предстояло идти вброд через болото. Шатаясь, я спустился с шоссе и махнул на все рукой. Улегшись под сосной, я расстегнул рубашку и почувствовал, что лечу в чёрную пропасть. Я думал, мне крышка.

Ведущий Евгений Стаховский читает рассказ Бертрама Чандлера – «Клетка»:

«Лишение свободы всегда воспринимается пострадавшим как акт унижения независимо от того, насколько он склонен подходить ко всему философски. Если тюремщики - существа, равные ему по уровню развития, то это само по

себе прискорбно, но тут пострадавший по меньшей мере имеет возможность общаться с теми, кто его пленил, и стараться быть понятым. Пострадавший может обратиться к разумным существам, как к равным себе»...

Ведущий Евгений Стаховский читает рассказ Грэма Свифта – «Химия»:

«Пруд в нашем парке был круглый, с открытыми берегами, ярдов пятидесяти в диаметре. Когда дул ветер, по нему бежали маленькие волны и разбивались о бетонные края, как в миниатюрном море. Мы - мать, дед и я - ходили туда

запускать игрушечный моторный катер, который мы с дедом смастерили из фанеры, бальзового дерева и промасленного картона»...

Лоис Тэггетг окончила школу мисс Хэском и была двадцать шестой по успеваемости среди сорока восьми одноклассниц, а осенью на семейном совете было решено, что пора предъявить товар, пора, пора ввести девочку в общество. Папуля и мамуля раскошелились и выложили тысяч сорок на потрясный отель, и, если не считать двух-трех простуд и парочки увязавшихся за ней не-тех-кого-стоило-бы-иметь-в-виду парней, кампания прошла успешно. И виду нее был вполне товарный: белое, с орхидеей, прилаженной чуть ниже

"...На восток восемь солнц пути, и миновать надо множество Мертвых мест. «Лесные люди» боятся их, но мне не страшно..."

Ведущий Евгений Стаховский читает рассказ Амброза Бирса – «Один из близнецов»:

«Вы спрашиваете, приходилось ли мне, одному из близнецов, сталкиваться с чем-либо, что нельзя объяснить известными нам законами природы. Об этом судите сами; возможно, нам известны разные законы природы. Быть может, вы знаете те, что мне незнакомы, и то, что непонятно мне, может быть совершенно ясно вам»...

Ведущий Евгений Стаховский читает рассказ Ричарда Мэтсона - «Добыча»:

"Вернувшись вечером домой, Эмилия повесила пальто во встроенный шкафчик в прихожей, вошла с небольшим пакетом в гостиную и села на тахту. Держа пакет на коленях, развернула бумагу. Деревянная коробка напоминала шкатулку. Эмилия подняла крышку: там лежала отвратительного вида кукла — вырезанное из дерева двадцатисантиметровое тело-скелет с непомерно большой головой"...

Ведущий Стаховский читает рассказ Ивлина Во - "Тактические учения":

"Джон Верней женился на Элизабет в 1938 году, но лишь зимой

1945-го он возненавидел ее зло и безысходно. До этого случались

бесчисленные краткие порывы ненависти, ибо она легко поселялась

в нем. Он не был, что называется, злым человеком, скорее

наоборот; усталый и отвлеченный взгляд был единственным видимым

признаком страсти, которая охватывала его по несколько раз на

день, как на других накатывает смех или желание"...

"...Мы приехали на узловую станцию, где нам предстояла пересадка, и в

ожидании поезда вошли в здание вокзала. Была половина одиннадцатого вечера.

Нам сообщили, что на линии что-то произошло и поезд значительно опоздает.

Я решил расстелить на столе одеяло и немного вздремнуть. Но в это время

наш необыкновенный спутник снова начал рассказывать очередную историю..."

Ведущий Евгений Стаховский читает рассказ Фрица Лейбера - "Ведро воздуха":

"Па послал меня за ведром воздуха. Только я наполнил его и тепло

сошло с моих рук, как я увидел ЭТО.

Знаете, сначала мне показалось, что я вижу молодую леди. Да,

красивую молодую леди со светящимся в темноте лицом. Она смотрела на

меня из квартиры напротив на пятом этаже, как раз над белым покрывалом

замерзшего воздуха толщиной в двадцать метров"...